Название книги: Сборник рассказов icon

Название книги: Сборник рассказов



НазваниеНазвание книги: Сборник рассказов
страница1/43
книги: Шукшин Василий
Дата конвертации26.06.2012
Размер5.17 Mb.
ТипРассказ
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   43

www.dolgoprudnyj.narod.ru

информационно-развлекательный портал


Автор книги: Шукшин Василий;

Название книги: Сборник рассказов;

Василий Шукшин. Сборник рассказов

Артист Федор Грай

Беспалый

Бессовестные

Билетик на второй сеанс

Боря

Даешь сердце!

Далекие зимние вечера

Дебил

Демагоги

Други игрищ и забав

Думы

Два письма

Двое на телеге

Дядя Ермолай

Гена Пройдисвет

Генерал Малафейкин

Гринька Малюгин

И разыгрались же кони в поле

Игнаха приехал

Из детских лет Ивана Попова

Как Андрей Иванович Куринков, ювелир, получил 15 суток

Как мужик переплавлял через реку волка, козу и капусту

Как помирал старик

Как зайка летал на воздушных шариках

Капроновая елочка

Классный водитель

Кляуза

Коленчатые валы

^ "ЕГОР, ДАЙ ЕМУ ПАРУ ВАЛОВ, В ДОЛГ, КОНЕЧНО.

Крыша над головой

Кукушкины слезки

Леля Селезнева с факультета журналистики

Ленька

Леся

Лида приехала

Мечты

Медик Володя

В воскресенье мать-старушка...

Ванька Тепляшин

Ваня, ты как здесь?!

Вечно недовольный Яковлев

Версия

Владимир Семеныч из мягкой секции

Внутреннее содержание

ОБЪЯВЛЕНИЕ!

Воскресная тоска

Выбираю деревню на жительство

Забуксовал

Залетный

Земляки

Жил человек...

Змеиный яд


Артист Федор Грай


Сельский кузнец Федор Грай играл в драмкружке "про-стых"

людей.

Когда он выходил на клубную сцену, он заметно бледнел и

говорил так тихо, что даже первые ряды плохо слышали. От

напряжения у него под рубашкой вспухали тугие бугры мышц.

Прежде чем сказать реплику, он долго смотрел на партнера, и

была в этом взгляде такая неподдельная вера в происходя-щее,

что зрители смеялись, а иногда даже хлопали ему

Руководитель драмкружка, суетливый малый с конопа-тым

неинтересным лицом, на репетициях кричал на Федора, произносил

всякие ехидные слова -- заставлял говорить громче. Федор

тяжело переносил этот крик, много думал над ролью...
А когда

выходил на сцену, все повторялось: Федор говорил негромко и

смотрел на партнеров исподлобья. Ре-жиссер за кулисами кусал

губы и громко шептал:

-- Верстак... Наковальня...

Когда Федор, отыграв свое, уходил со сцены, режиссер

набрасывался на него и шипел, как разгневанный гусак:

-- Где у тебя язык? Ну-ка покажи язык!.. Ведь он же у

тебя...

Федор слушал и смотрел в сторону. Он не любил этого

вьюна, но считал, что понимает в искусстве меньше его... И

терпел. Только один раз он вышел из себя.

-- Где у тебя язык?.. -- накинулся, по обыкновению,

ре-жиссер.

Федор взял его за грудь и так встряхнул, что у того

глаза на лоб полезли.

-- Больше не ори на меня, -- негромко сказал Федор и

отпустил режиссера.

Бледный руководитель не сразу обрел дар речи.

-- Во-первых, я не ору, -- сказал он, заикаясь. --

Во-вто-рых, если не нравится здесь, можешь уходить. Тоже

мне... герой-любовник.

-- Еще вякни раз. -- Федор смотрел на руководителя, как

на партнера по сцене.

Тот не выдержал этого взгляда, пожал плечами и ушел.

Больше он не кричал на Федора.

-- А погромче, чуть погромче нельзя? -- просил он на

ре-петициях и смотрел на кузнеца с почтительным удивлением и

интересом.

Федор старался говорить громче.

Отец Федора, Емельян Спиридоныч, один раз пришел в клуб

посмотреть сына. Посмотрел и ушел, никому не сказав ни слова.

А дома во время ужина ласково взглянул на сына и сказал:

-- Хорошо играешь.

Федор слегка покраснел.

-- Пьес хороших нету... Можно бы сыграть, -- сказал он

негромко.

Тяжело было произносить на сцене слова вроде:

"сельхознаука", "незамедлительно", "в сущности говоря"... и т.

п. Но еще труднее, просто невыносимо трудно и тошно было

говорить всякие "чаво", "куды", "евон", "ейный"... А режис-сер

требовал, чтобы говорил так, когда речь шла о "простых" людях.


-- Ты же простой парень! -- взволнованно объяснял он. --

А как говорят простые люди?

Еще задолго до того, когда нужно было произносить

какое-нибудь "теперича", Федор, на беду свою, чувствовал его

впереди, всячески готовился не промямлить, не "съесть" его, но

когда подходило время произносить это "теперича", он просто

шептал его себе под нос и краснел. Было ужасно стыдно.

-- Стоп! -- взвизгивал режиссер. -- Я не слышал, что

было сказано. Нести же надо слово! Еще раз. Активнее!

-- Я не могу, -- говорил Федор.

-- Что не могу?

-- Какое-то дурацкое слово... Кто так говорит?

-- Да во-от же! Боже ты мой!.. -- Режиссер вскакивал и

совал ему под нос пьесу. -- Видишь? Как тут говорят? Навер-но,

умнее тебя писал человек. "Так не говорят"... Это же

художественный образ! Актер!..

Федор переживал неудачи как личное горе: мрачнел,

за-мыкался, днем с ожесточением работал в кузнице, а вечером

шел в клуб на репетицию.

... Готовились к межрайонному смотру художественной

самодеятельности.

Режиссер крутился волчком, метался по сцене, показы-вал,

как надо играть тот или иной "художественный образ".

-- Да не также!.. Боже ты мой! -- кричал он, подлетая к

Федору. -- Не верю! Вот смотри. -- Он надвигал на глаза кепку,

засовывал руки в карманы и входил развязной походкой в

"кабинет председателя колхоза". Лицо у него делалось на

редкость тупое.

-- "Нам, то есть молодежи нашего села, Иван Петрович,

необходимо нужен клуб... Чаво?"

Все вокруг смеялись и смотрели на режиссера с

восхище-нием. Выдает!

А Федора охватывала глухая злоба и отчаяние. То, что

делал режиссер, было, конечно, смешно, но совсем неверно.

Федор не умел только этого сказать.

А режиссер, очень довольный произведенным эффектом, но

всячески скрывая это, говорил деловым тоном:

-- Вот так примерно, старик. Можешь делать по-своему.

Копировать меня не надо. Но мне важен общий рисунок.

Понимаешь?

Режиссер хотел на этом смотре широко доказать, на что он

способен. В своем районе его считали очень талантливым.

Федору же за все его режиссерские дешевые выходки

хо-телось дать ему в лоб, вообще выкинуть его отсюда. Он играл

все равно по-своему. Раза два он перехватил взгляд режиссе-ра,

когда тот смотрел на других участников, обращая их вни-мание

на игру Федора: он с наигранным страданием закаты-вал глаза и

разводил руками, как бы желал сказать: "Ну, тут даже я

бессилен".

Федор скрипел зубами, и терпел, и говорил "чаво?", но

никто не смеялся.

В этой пьесе по ходу действия Федор должен был

прихо-дить к председателю колхоза, махровому бюрократу и

воло-китчику, и требовать, чтобы тот начал строительство клуба

в деревне. Пьесу написал местный автор и, используя свое

"знание жизни", сверх всякой меры нашпиговал ее "народ-ной

речью": "чаво", "туды", "сюды" так и сыпались из уст

действующих лиц. Роль Федора сводилась, в сущности, к

по-ложению жалкого просителя, который говорил бесцветным,

вялым языком и уходил ни с чем. Федор презирал человека,

которого играл.


Наступил страшный день смотра.

В клубе было битком набито. В переднем ряду сидела

мандатная комиссия.

Режиссер в репетиционной комнате умолял актеров:

-- Голубчики, только не волнуйтесь! Все будет хорошо...

Вот увидите: все будет отлично.

Федор сидел в сторонке, в углу, курил.

Перед самым началом режиссер подлетел к нему.

-- Забудем все наши споры... Умоляю: погромче. Больше

ничего не требуется...

-- Пошел ты!.. -- холодно вскипел Федор. Он уже не мог

больше выносить этой бессовестной пустоты и фальши в

че-ловеке. Она бесила его.

Режиссер испуганно посмотрел на него и отбежал к

дру-гим.

-- ... Я уже не могу... -- услышал Федор его слова.

Всякий раз, выходя на сцену, Федор чувствовал себя очень

плохо: как будто проваливался в большую гулкую яму. Он слушал

стук собственного сердца. В груди становилось горячо и больно.


И на этот раз, ожидая за дверью сигнала "пошел", Федор

почувствовал, как в груди начинает горячо подмывать.

В самый последний момент он увидел взволнованное лицо

режиссера. Тот беззвучно показывал губами: "громче". Это

решило все. Федор как-то странно вдруг успокоился, смело и

просто ступил на залитую светом сцену.

Перед ним сидел лысый бюрократ-председатель. Первые

слова Федора по пьесе были: "Здравствуйте, Иван Петрович. А я

все насчет клуба, ххе... Поймите, Иван Петрович, моло-дежь

нашего села..." На что Иван Петрович, бросая телефон-ную

трубку, кричал: "Да не до клуба мне сейчас! Посевная

срывается!"

Федор прошел к столу председателя, сел на стул.

-- Когда клуб будет? -- глухо спросил он.

Суфлер в своей будке громко зашептал:

-- "Здравствуйте, Иван Петрович! Здравствуйте, Иван

Петрович! А я все насчет..."

Федор ухом не повел.

-- Когда клуб будет, я спрашиваю? -- повторил он свой

вопрос, прямо глядя в глаза партнеру; тот растерялся.

-- Когда будет, тогда и будет, -- буркнул он. -- Не до

клу-ба сейчас.

-- Как это не до клуба?

-- Как, как!.. Так. Чего ты?.. Явился тут -- царь Горох!

-- Партнера тоже уже понесло напропалую. -- Невелика пти-ца --

без клуба поживешь.

Федор положил тяжелую руку на председательские бу-мажки.


-- Будет клуб или нет?!

-- Не ори! Я тоже орать умею.

-- Наше комсомольское собрание постановило... Наше

комсомольское собрание постановило... -- с отчаянием по-вторял

суфлер.

-- Вот что... -- Федор встал. -- Если вы думаете, что мы

по старинке жить будем, то вы сильно ошибаетесь! Не вый-дет!

-- Голос Федора зазвучал крепко и чисто. -- Зарубите это себе

на носу, председатель. Сами можете киснуть на печке с бабой, а

нам нужен клуб. Мы его заработали. Нам библиоте-ка тоже нужна!

Моду взяли бумажками отбояриваться... Я их видеть не хочу, эти

бумажки! И дураком жить тоже не хочу!

Суфлер молчал и с интересом наблюдал за

разворачиваю-щейся сценой.

Режиссер корчился за кулисами.

-- Чего ты кричишь тут? -- пытался остановить

председа-тель Федора, но остановить его было невозможно; он

неза-метно для себя перешел на "ты" с председателем.

-- Сидишь тут, как... ворона, глазами хлопаешь. Давно бы

уже все было, если бы не такие вот... Сундук старорежим-ный!

Пуп земли... Ты ноль без палочки -- один-то, вот кто. А

ломаешься, как дешевый пряник. Душу из тебя вытрясу, если клуб

не построишь! -- Федор ходил по кабинету -- силь-ный,

собранный, резкий. Глаза его сверкали гневом. Он был

прекрасен.

В зале стояла тишина.

-- Запомни мое слово: не начнешь строить клуб, поеду в

район, в край... к черту на рога, но я тебя допеку. Ты у меня

худой будешь...

-- Выйди отсюда моментально! -- взорвался председа-тель.


-- Будет клуб или нет?

Председатель мучительно соображал, как быть. Он

пони-мал, что Федор не выйдет отсюда, пока не добьется своего.


-- Я подумаю.

-- Завтра подумаешь. Будет клуб?

-- Ладно.

-- Что ладно?

-- Будет вам клуб. Что ты делаешь вообще-то?.. --

Пред-седатель с тоской огляделся -- искал режиссера, хотел

что-нибудь понять во всей этой тяжелой истории.

В зале засмеялись.

-- Вот это другой разговор. Так всегда и отвечай. --

Федор встал и пошел со сцены. -- До свиданья. Спасибо за клуб!


В зале дружно захлопали.

Федор, ни на кого не глядя, прошел в актерскую комнату и

стал переодеваться.

-- Что ты натворил? -- печально спросил его режиссер.

-- Что? Не по-твоему? Ничего... Переживешь. Выйди

от-сюда -- я штаны переодевать буду. Я стесняюсь тебя.

Федор переоделся и вышел из клуба, крепко хлопнув на

прощанье дверью. Он решил порвать с искусством.

Через три дня сообщили результаты смотра: первое место

среди участников художественной самодеятельности двадца-ти

районов края завоевал кузнец Федор Грай.

-- Кхм... Может, еще какой Федор Грай есть? --

усом-нился отец Федора.

-- Нет. Я один Федор Грай, -- тихо сказал Федор и

побаг-ровел. -- А может, еще есть... Не знаю.


OCR: 2001 Электронная библиотека Алексея Снежинского


Беспалый


Все кругом говорили, что у Сереги Безменова злая жена.

Злая, капризная и дура. Все это видели и понимали. Не ви-дел и

не понимал этого только Серега. Он злился на всех и втайне

удивлялся: как они не видят и не понимают, какая она

самостоятельная, начитанная, какая она... Черт их зна-ет,

людей: как возьмутся языками чесать, так не остано-вишь. Они

же не знали, какая она остроумная, озорная. Как она ходит! Это

же поступь, черт возьми, это движение впе-ред, в ней же тогда

каждая жилочка живет и играет, когда она идет. Серега особенно

любил походку жены: смотрел, и у него зубы немели от любви. Он

дома с изумлением огля-дывал ее всю, играл желваками и потел

от волнения.

-- Что? -- спрашивала Клара. -- Мм?.. -- и, играя,

пока-зывала Сереге язык. И шла в горницу, будто нарочно, чтоб

еще раз показать ему, как она ходит. Серега устремлялся за

ней.

...И они же еще вякали про то, что она... О деревня!

Серега молил бога, чтоб ему как-нибудь не выронить из рук этот

драгоценный подарок судьбы. Порой он даже страшил-ся: по праву

ли свалилось на его голову такое счастье, дос-тоин ли он его,

и нет ли тут какого недоразумения -- вдруг что-нибудь такое

выяснится, и ему скажут: "Э-э, друг сит-ный, да ты что?! Ишь

захапал!"

Серега увидел Клару первый раз в больнице (она только

что приехала работать медсестрой), увидел и сразу

забес-покоился. Сперва он увидел только очки и носик-сапожок.

И сразу забеспокоился. Это потом уж ему предстояла ра-дость

открывать в ней все новые и новые прелести. Сперва же только

блестели очки и торчал вперед носик, все осталь-ное была --

рыжая прическа. Белый халатик на ней разлетал-ся в стороны;

она стремительно прошла по коридору, бро-сив на ходу понурой

очереди: "Кто на перевязку -- заходите". И скрылась в

кабинетике. Серега так забеспокоился, что у него заболело

сердце. Потом она касалась его ласковыми теплыми пальцами,

спрашивала: "Не больно?" У Сереги кру-жилась голова от ее

духов, он на вопросы только мотал го-ловой -- что не больно. И

страх сковал его такой, что он боялся пошевелиться.

-- Что вы? -- спросила Клара

Серега от растерянности опять качнул головой -- что не

больно. Клара засмеялась над самым его ухом... У Сереги,

где-то внутри, выше пупка, зажгло... Он сморщился и...

за-плакал. Натурально заплакал! Он не мог понять себя и

ниче-го не мог с собой сделать. Он сморщился, склонил голову и

заскрипел зубами. И слезы закапали ему на больную руку и на ее

белые пальчики, Клара испугалась: "Больно?!"

-- Да иди ты!.. -- с трудом выговорил Серега. -- Делай

свое дело, -- он приник бы мокрым лицом к этим милым

пальчикам, и никто бы его не смог оттащить от них. Но страх,

страх парализовал его, а теперь еще и стыд -- что за-плакал.

-- Больно вам, что ли? -- опять спросила Клара.

-- Только... это... не надо изображать, что мы все тут

-- от фонаря работаем, -- сказал Серега сердито. -- Все мы, в

конце концов, живем в одном государстве.

-- Что-что?

Ну, и так далее.

Через восемнадцать дней они поженились.

Клара стала называть его -- Серый. Ласково. Она,

оказы-вается, была уже замужем, но муж попался "вареный

ка-кой-то", они скоро разошлись. Серега от одного того, что

первый ее муж был "вареный", ходил, выпятив грудь, чув-ствовал

в себе силу необыкновенную. Клара хвалила его.

И в это-то время, когда он не знал, что бы такое

своро-тить от счастья, они говорили, что жена его -- капризная

и злая. Серега презирал их всех. Они же не знали, как она... О

люди! Все иззавидовались, черти. Что такое, не могут люди

спокойно выносить, когда кому-нибудь повезет.

-- Вы берите пример с животного мира, -- посоветовал

Серега одному такому умнику. -- Они же спокойно относят-ся,

когда, например, одну какую-нибудь собачку берут в цирк

выступать. Они же не злятся. Чего вы-то психуете?

-- Да жалко тебя...

-- Жалко у пчелки... знаешь где? Вот так.

Серега злился, понимал, что это ни к чему, глупо, и еще

больше злился.

-- Не обращай внимания на пустолаек, -- говорила жена

Клара. -- Нам же хорошо, и все. Я их всех в упор не вижу.

Серега поругался с родней, что они не пришли в восторг

от Клары, с дружками... Бросил совсем выпивать, купил

стиральную машину и по субботам крутил бельишко в

пред-баннике, чтоб никто из зубоскалов не видел. Мать Серега

не могла понять: хорошо это или плохо. С одной стороны, вро-де

как-то не пристало мужику бабскую работу делать, с дру-гой

стороны... Шут ее знает!

-- Но он же не пьет! -- сказала Клара свекрови. -- Чего

вам еще? Он занят делом.

-- Дак а ты возьми да пожалей его: возьми да сама

пости-рай, он неделю-то наломался, ему отдохнуть надо.

-- А я что, не работаю?

-- Да твоя-то работа... твою-то работу рази можно

срав-нить с мужниной, матушка! Покрути-ка его день-деньской

(Серега работал трактористом) -- руки-то какие надо! Он же не

двужильный.

-- Я сама знаю, как мне жить с мужем, -- сказала на это

Клара. -- Вам надо, чтобы он пил?

-- Зачем же?

-- Ну и все. Им же делаешь хорошо, и они же еще

недо-вольны.

-- Да ведь мне жалко его, он же мне сын...

-- Вам не жалко, когда они под заборами пьяные

валяют-ся? Жалко? Ну и все. И не надо больше говорить на эту

тему Ясно?

-- Господи, батюшка!.. -- опешила мать. -- И слова не

скажи. Замордовала мужика, а ей и слова не скажи.

-- Хорошо, я скажу, чтобы он пошел в чайную и напил-ся с

дружками. Вас это устраивает?

-- Да чо ты извязалась с пьянкой-то! -- рассердилась

мать. -- Он и до тебя не шибко пил, чо ты с пьянкой-то?

Заладила: "пьянка, пьянка".

-- Хорошо, я скажу ему, что вы не велите стирать, --

объявила Клара. И даже поднялась, и книжку медицинскую

отложила в сторону.

Мать испугалась.

-- Ладно! Сразу -- "скажу". Только бы бегать жалиться.

-- Хорошо, что вы предлагаете? -- Клара через сильные

очки прямо смотрела на свекровь. -- Конкретно.

-- Ничего. Только вижу я, милая, не век ты собралась с
  1   2   3   4   5   6   7   8   9   ...   43




Похожие:

Название книги: Сборник рассказов iconНазвание книги

Название книги: Сборник рассказов iconДжеймс хэрриот
Сборник рассказов английского писателя и ветеринарного врача, давно завоевавшего признание российских читателей. В отличие от ранее...
Название книги: Сборник рассказов iconРассказов евлампий Александрович, капитан на судах Северного флота. «Умным, щедрым педагогом»
Рассказов евлампий Александрович, капитан на судах Северного флота. «Умным, щедрым педагогом» назвал его прославленный капитан С....
Название книги: Сборник рассказов iconЕжемесячный сборник май 2008 Сборник «О финансовом мошенничестве» выходит с 2007 года
Сборник в первую очередь ориентирован на руководителей сб банков и страховых компаний, аналитиков соответствующих подразделений
Название книги: Сборник рассказов iconЕжемесячный сборник апрель 2008 Сборник «О финансовом мошенничестве» выходит с 2007 года
Сборник в первую очередь ориентирован на руководителей сб банков и страховых компаний, аналитиков соответствующих подразделений
Название книги: Сборник рассказов iconЕжемесячный сборник март 2008 Сборник «О финансовом мошенничестве» выходит с 2007 года
Сборник в первую очередь ориентирован на руководителей сб банков и страховых компаний, аналитиков соответствующих подразделений
Название книги: Сборник рассказов iconНазвание книги: Калина красная
Они стали так, что образовали две группы большую и малую. Хористы все были далеко не "певучего" облика
Название книги: Сборник рассказов iconОтчет о проведении недели интересной книги. № Название мероприятия Кто проводит Дата 1
Тематические выставки книг писателей-юбиляров Н. В. Гоголь, С. Я. Маршак, А. Грин, С. Михалков, Н. С. Лесков
Название книги: Сборник рассказов iconНазвание книги: Собачье сердце
Вьюга в подворотне ревет мне отходную, и я вою с ней. Пропал я, пропал. Негодяй в грязном колпаке повар столовой
Название книги: Сборник рассказов iconФламмарион К. Популярная астрономия (М. Л., 1939.  фрагменты из книги) стр. 258
Наряду с этими сильными и неожиданными переворотами известны также правильные изменения в яркости света некоторых звёзд, получивших...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов