Ганс Фреймарк icon

Ганс Фреймарк



НазваниеГанс Фреймарк
страница1/9
Дата конвертации26.06.2012
Размер1.7 Mb.
ТипДокументы
  1   2   3   4   5   6   7   8   9
1. /Магия и сексуальность.doc
2. /Магия и сексуальность.pdf
Ганс Фреймарк

Ганс Фреймарк

Магия и Сексуальность


Перевод с немецкого

Санкт-Петербург, книгоиздательство "СФИНКС"

Ганс Фреймарк. "Магия и сексуальность" (Издательство "Сфинкс". 1912 г. Санкт-Петербург. Перевод с немецкого. Репринтное издание четырех наиболее интересных глав из книги "Оккультизм и сексуальность": "Культ пола", "Половая мистика", "Половая магия", "Сексуально-оккультные народные обычаи").

Обычаи и обряды, связанные с культом пола и сексуальностью имеют глубокий и сокровенный смысл. А нередко, скажем, и чисто практическое значение. Как, скажем, приворожить, вызвать чувство взаимности у любимого человека? Как отвести любовную беду, уладить семейный раздор? Как навести порчу на соперницу или недруга? В этой интереснейшей книге множество поучительных фактов и сведений и для современного читателя.

Москва, 1992 г. ИК "Буквица", альманах "Вечерний дилижанс", Заказ 1549, Объем 6,75 уч.-изд.л. Тираж 20000, Типография «Нефтяник»

В этой книге:

...Один миссионер рассказывал, что он был свидетелем такого факта: "святой" встретился со знатной турчанкой, разъезжавшей верхом; он велел ей сойти с лошади с тем, чтобы совокупиться с ней. Турчанка согласилась сделать это в присутствии многочисленной посторонней публики; затем она счастливая снова взошла на коня и поехала.

...У каухилов (секта почитающая богиню Сакти) мы встречаем такой обычай. Во время богослужения каждая женщина должна бросить какую-нибудь безделушку в ящик, который хранится у священослужителя. По окончании религиозного торжества эти безделушки раздаются мужчинам. Когда дело доходит до половых обрядов, каждая женщина отдается тому мужчине, который получил брошенную ею в ящик вещицу.

...Но и так называемая нормальная эротика очень часто приводит к возникновению различных сект. Это мы видим на примере адамистской секты тюрлюнэнов, пользовавшейся большой популярностью в 14 веке в Савойе, а отчасти и в Париже. Они ходили то совершенно голые, то одетые, хотя и в последнем случае они обнажали свои половые органы, в которых видели исключительный дар небес Кроме того, они совершали половые акты самым открытым образом.

...Как-то раз один из сектантов (пикардцев) почувствовал влечение к какой-то женщине; он обратился к своему учителю со словами: "моя душа загорается при виде этой женщины". Это заявление нашло живейший отклик в душе учителя, он разрешил колебания своего ученика словами Ветхого завета: "плодитесь и размножайтесь".

Культъ пола.


Культъ пола — наиболѣе ранній изъ всѣхъ культовъ.
Ошибочно полагаютъ нѣкоторые изслѣдователи, будто онъ представляетъ изъ себя выродившуюся форму міросозерцанія, отличавшагося первоначально глубокой чистотой и непорочностью. Иные думаютъ, что онъ явился въ результатѣ наивнаго представленія о томъ дуализмѣ, которымъ проникнутъ процессъ воспроизведенія — но и это неправильно. Культъ пола выросъ на почвѣ элементарнаго, простого наблюденія надъ органами дѣторожденія, обладающими могучей, дарующей жизнь силою. Жить значитъ воспроизводить. И если культъ пола не остановился въ своемъ развитіи на грубомъ фетишизмѣ и выработалъ болѣе высокія формы, то причиною этого является глубокая прозорливость человѣческаго духа, который за матеріальной оболочкой всегда найдетъ духовное содержаніе. Это именно духовное содержаніе, обозначаемое различными именами, остается всегда однимъ и тѣмъ же, подобно символу, который среди всёвозможныхъ превратностей остается неизмѣннымъ. Послѣдній есть знакъ жизни, первое — сама жизнь.


Культъ пола, именуемый обыкновенно фаллицизмомъ, имѣетъ два совершенно различныхъ, но вмѣстѣ съ тѣмъ неразрывно связанныхъ между собою объекта поклоненія. По этому поводу Buckley1 говоритъ: "Подобно тому, какъ слово "человѣкъ" служитъ обозначеніемъ для всего человѣчества, т.-е. для мужчины и для женщины, точно также и "фаллицизмъ", или вѣрнѣе "фаллоктенизмъ", означаетъ культъ Фаллуса и Ктеисъ. Этотъ дуализмъ сказывается у всѣхъ народовъ въ противопоставленіи упомянутыхъ двухъ принциповъ: въ Индіи—"linga" и "yoni", въ Сиріи—"masseba" и "ashera", въ Греціи — Фаллуса и Ктеисъ, въ Египтѣ — Креста и Колыда, объёдиненныхъ въ crux ansata, въ Китаѣ — "Jan" и "Jin", какъ это можно видѣть на корейскихъ гербахъ, и, наконецъ, въ Японіи —"yoseki" и "niseki". Тотъ же дуализмъ поражаетъ насъ и въ другихъ предметахъ поклоненія, которые сильнѣе приближаются къ образу человѣка; они изображаются въ видѣ половыхъ органовъ мужчины и женщины. Индусы ставятъ Kali рядомъ съ Siva: ихъ символами являются преимущественно Фаллусъ и Ктеисъ. Minakschi — мѣстное мадурское божество, аналогичное съ Kali — уносится каждую ночь съ тѣмъ, чтобы дѣлить ложе съ Sundaresvaru... Въ Сиріи мы видимъ Астарту вмѣстѣ съ Вааломъ, въ Египтѣ — Изиду и Озириса, въ сѣверной Европѣ — Фрею и Фрейера; каждое изъ этихъ божествъ пользуется исключительнымъ почитаніемъ; вмѣстѣ съ тѣмъ оно оказываетъ гибельное вліяніе на нравственные устои народа. Нѣкоторые ученые указывали на Mariolatry, какъ на послѣдній примѣръ подобной тенденціи. Дуализмъ въ процессѣ воспроизведенія представляется до того необходимымъ, что тамъ, гдѣ нѣтъ соотвѣтствующаго божества женскаго рода, женскими чертами надѣляется какой-нибудь мужчина, что мы видимъ на примѣрѣ Кветцалькотля, бога плодовитости у ацтековъ. To же самое мы встрѣчаемъ въ Японіи: Kami-musubi-o-kami —"божественный родитель" и Takami-musubi-o-kami — "божественная родительница", или Izanagi — "мужчина, который зазываетъ" и Izanami —"женщина, которая зазываетъ". Туземные христіане отождествляютъ ихъ съ Адамомъ и Евой — и вполнѣ правильно; дѣло въ томъ, что обѣ эти пары относятся къ фаллической миѳологіи, хотя онѣ впослѣдствіи сильно отличались другъ отъ друга по своей религіозной цѣнности, вслѣдствіе дальнѣйшаго развитія нравственнаго ученія".

Индѣйцы придавали особенное значеніе тому символу плодовитости, который представлялъ собою соединеніе органовъ обоихъ половъ. Подобное соединеніе, которое встрѣчается въ религіозномъ культѣ не одной только Индіи, но и многихъ другихъ странъ, называется обыкновенно пуллеяромъ. Пуллеяръ употребляется большею частью въ качествѣ амулета.

Въ пагодѣ Трэвискаре, посвященной богу Сива, находится гранитный пьедесталъ; колонна этого пьедестала украшена чашей, въ центрѣ которой возвышается лингамъ, длиною въ 3 фута. Чаша, съ длиннымъ разрѣзомъ посерединѣ, изображаетъ половые органы женщины. На этомъ священномъ камнѣ жрецы посвящаютъ девадашъ, танцовщицъ бога, въ мистеріи любви. Танцовщицы, которыя участвуютъ въ этомъ культѣ, являются вмѣстѣ съ тѣмъ и жрицами.

Въ полдень жрицы украшаютъ священный лингамъ гирляндами и сандальнымъ деревомъ. Затѣмъ они принимаютъ ванну, готовясь къ предстоящему богослуженію. Въ культѣ змѣй жрецовъ замѣняютъ женщины. Онѣ носятъ лингамъ, окруженный двумя змѣями, къ берегу рѣки. Тамъ онѣ купаются, умываютъ идола и сжигаютъ дерево, заранѣе предназначенное для жертвоприношенія. Затѣмъ онѣ молятся, просятъ о богатствахъ, многочисленномъ потомствѣ и продолжительной жизни для своихъ мужей. Всякій поклонникъ бога Сивы обязанъ ежедневно засвидѣтельствовать свое благоговѣніе передъ лингамомъ, возливая на него молоко. Оно тщательно сохраняется; его даютъ обыкновенно умирающему съ тѣмъ, чтобы онъ вошелъ въ Каилоссонъ, т.-е. въ индійскій рай.

На Канарскихъ островахъ жрецы, совершенно голые, расхаживаютъ по улицамъ, звеня въ бубенчики. По этому знаку всѣ женщины должны выйти навстрѣчу жрецамъ и цѣловать ихъ половые органы въ знакъ почтенія къ богу Сива.

Аналогичныя явленія можно наблюдать еще въ настоящее время въ Турціи. Одинъ миссіонеръ разсказывалъ Krauss'у, что онъ былъ свидѣтелемъ такого факта: "святой встрѣтился съ знатной турчанкой, разъѣзжавшей верхомъ; онъ велѣлъ ей сойти съ лошади съ тѣмъ, чтобы совокупиться съ ней. Турчанка согласилась сдѣлать это въ присутствіи многочисленной посторонней публики; затѣмъ она счастливая снова взошла на коня и поѣхала.

Безплодныя индіянки касаются своими половыми органами конца священнаго лингама съ тѣмъ, чтобы стать способными къ дѣторожденію. Въ окрестностяхъ Пэндижара новобрачная обыкновенно приноситъ свою дѣвственность въ жертву божеству. Тоже самое происходитъ и на Канарскихъ островахъ и въ окрестностяхъ Гоа. Въ нѣкоторыхъ частяхъ Индіи жрецы исполняютъ обязанности боговъ. Калькутскій король оставляетъ первосвященнику своего государства на первую ночь ту дѣвушку, на которой онъ хочетъ жениться; за эту услугу король выплачиваетъ ему крупную сумму денегъ.

Въ Джаггернаутѣ во время восьмидневныхъ торжествъ въ честь Вишну жрецы уводятъ въ храмъ дѣвушку съ тѣмъ, чтобы она ночью сошлась съ богомъ и разспросила его о предстоящей засухѣ или урожаѣ. Тотъ фактъ, что она отдается богу, долженъ, по ихъ мнѣнію, расположить его въ ихъ пользу2.

Kaempfer сообщаетъ о такомъ же праздникѣ въ южномъ Малабарѣ. Богу плодородія посвящаются тамъ дѣвушки, которыя удовлетворяютъ его ангеловъ, боги даютъ за это богатый урожай. Въ сопровожденіи брамановъ онѣ выводятся изъ храма передъ лицомъ многочисленныхъ зрителей. Ихъ лица прекрасны, скромны и, какъ говоритъ Kaempfer, "не носятъ на себѣ никакихъ признаковъ бѣшенства. Въ то время, какъ жрецъ читаетъ различныя изреченія изъ Веды, дѣвушки начинаютъ передвигаться, танцовать и прыгать; онѣ сверкаютъ глазами и принимаютъ при этомъ самыя отвратительныя позы. Народъ полагаетъ, что все зто онѣ продѣлываютъ подъ вліяніемъ какой-то демонической силы, проникшей въ ихъ душу. Тутъ же играетъ веселая музыка, въ которой принимаетъ участіе и народъ. Наконецъ, дѣвушки устаютъ и браманы уводятъ ихъ въ храмъ отдохнуть. Отдохнувши и прійдя въ себя, дѣвушки снова выходятъ къ народу, который ихъ восторженно встрѣчаетъ; толпа полагаетъ, что демонъ оставилъ ихъ и богъ окончательно умилостивленъ3. Kaempfer прибавляетъ, что дѣвушки приходятъ въ неистовство благодаря какому-то снадобью, которое употребляютъ при этомъ жрецы. Вполнѣ возможно, что помимо музыки здѣсь примѣняется какое-нибудь средство, вызывающее эротическую экзальтацію; но важнѣе всего въ данномъ случаѣ вѣра самихъ дѣвушекъ въ то, что ими овладѣлъ демонъ.

Lamairesse4 приводитъ обычай одной индійской секты, которая въ своихъ тайныхъ оргіяхъ почитаетъ Сакти (Сакти — это чувственное откровеніе божества Сивы въ образѣ женщины). Жена кого-либо изъ присутствующихъ представляетъ собою богиню Сакти. Обнаженную кладутъ ее на алтарь и одинъ изъ участниковъ путемъ coitus'a съ ней совершаетъ установленную жертву. Церемонія кончается тѣмъ, что всѣ мужчины оплодотворяютъ женщинъ, причемъ каждая пара олицетворяетъ собою Сиву и Сакти. Вѣрующій долженъ совершить этотъ актъ, восходя своими мыслями къ божеству и не стремясь къ удовлетворенію своей чувственной страсти. Догматы этой секты представляютъ собою возвышенную, чуть ли не аскетическую мораль.

У каухиловъ (секта, почитающая богиню Сакти) мы встрѣчаемъ такой обычай. Во время богослуженія каждая женщина должна бросить какую-нибудь бездѣлушку въ ящикъ, который хранится у священнослужителя. По окончаніи религіознаго торжества эти бездѣлушки раздаются мужчинамъ. Когда дѣло доходитъ до половыхъ обрядовъ, каждая женщина отдается тому мужчинѣ, который получилъ брошенную ею въ ящикъ вещицу,5 даже и въ томъ случаѣ, еслибъ она была его родной сестрой.

Подобныя празднества любви сохранились въ Индіи еще до настоящаго времени. Въ Revue Indo Chinoise Leclerc описываетъ "праздникъ луны", на которомъ онъ самъ присутствовалъ. Запрещенное еще 200 лѣтъ тому назадъ это торжество справляется ежегодно въ октябрьское новолуніе. По понятіямъ китайцевъ, луна является олицетвореніемъ женской природы; находясь на далекомъ востокѣ, она представляетъ изъ себя богиню плодовитости. Въ день праздника женщины пекутъ пироги изъ банановъ, которые онѣ украшаютъ цвѣтами и кладутъ ночью на пороги домовъ. Около нихъ устанавливаются маленькія бамбуковыя тумбочки съ курительными свѣчками, которыя зажигаются въ моментъ высшаго стоянія луны. Вмѣстѣ съ тѣмъ раздается пѣсня „Пра"; это — своего рода привѣтствіе лунѣ. Затѣмъ начинаются танцы, истинный смыслъ которыхъ трудно утаить. Въ заключеніе молодежь расходится парочками, чтобы принести жертву богинѣ плодовитости.

У индѣйцевъ существовала также жертва половыхъ первенцевъ. Duarte Barbosa присутствовалъ въ южномъ Деканѣ при обрядѣ лишенія дѣвственности 10-лѣтнихъ дѣвушекъ, которыя сообразно мѣстнымъ условіямъ являются въ половомъ отношеніи вполнѣ зрѣлыми. Къ болѣе позднему времени относятся сообщенія Jan Huygen van Linschoten'а и Gaspar Balbi относительно одного обряда, очень распространеннаго среди жителей Гоа. Тамъ обыкновенно уводятъ невѣсту въ храмъ и въ ея влагалище вводятъ мужской членъ, сдѣланный изъ желѣза или слоновой кости; естественно, что дѣвственная плева при этомъ разрывается. Или ее заставляютъ коснуться своими половыми органами члена одного идола, расположеннаго въ 18 миляхъ отъ Гоа. Сущность этой жертвы прекрасно выяснена W. Schultz'омъ въ его трудѣ: „Ost-Indische Reise"6.

Тамъ онъ говоритъ: „Съ помощью этого Пріапа дѣвушка въ присутствіи многочисленныхъ друзей и родственниковъ насильно лишается своей дѣвственности. Женихъ несказанно радъ тому, что мерзкое и проклятое божество оказало ему эту честь; онъ надѣется, что подобное благоволеніе къ нему божества принесетъ ему семейное счастье.

Въ Камбоджѣ обрядъ лишенія дѣвственности совершался жрецами Будды и Тао. Къ этимъ дѣвушкамъ они отправлялись въ носилкахъ. У каждой дѣвушки была свѣчка съ маленькимъ значкомъ на ней. Половой актъ долженъ быть совершенъ до того, какъ свѣчки успѣли выгорѣть до помѣченнаго знака.7

Глава секты магараевъ претендовалъ на самый неограниченный доступъ къ женамъ вѣрующихъ; право же лишенія дѣвственности принадлежало исключительно ему. Въ актѣ совокупленія женщинъ со жрецомъ, секта видѣла знакъ величайшаго почитанія божества; это, по ихъ мнѣнію, являлось достойнымъ подражаніемъ „пастушкамъ", этимъ любимицамъ бога Кришны. Кромѣ того, жрецъ за свою дѣятельность получалъ во имя божества богатые подарки.8

Рядомъ съ жертвой первенцевъ мы встрѣчаемъ въ Индіи и половую жертву, существовавшую тамъ довольно продолжительное время. Во всякомъ болѣе или менѣе значительномъ индусскомъ храмѣ мы видимъ многочисленныхъ наутшъ, т.-е. танцовщицъ, которыя пользуются глубокимъ уваженіемъ, наряду со всѣмъ персоналомъ храма. „Эти жрицы, посвятившія себя еще съ дѣтства служенію божеству, должны отдаваться всѣмъ и каждому уже въ силу одного только офиціальнаго положенія своего. Подобное занятіе вовсе не считается позорнымъ. Совершенно напротивъ. Весьма богатыя семьи считаютъ для себя большой честью имѣть среди своихъ дочерей одну жрицу. Въ одномъ Мадрасѣ насчитывается до 1200 такихъ храмовыхъ проститутокъ".9

„Японскія синтоистическія божества, подобно древне-греческимъ, большей частью гермафродиты; они сами въ состояніи себя удовлетворить или въ случаѣ нужды могутъ разбиться на два совершенно отдѣльныхъ существа мужское и женское... Одна японская космогонія говоритъ, что изъ мірового яйца вышелъ духъ земли; онъ является существомъ, надѣленнымъ двумя противоположными характерами; одинъ изъ нихъ является представителемъ мужского, а другой — женскаго элемента. Изанаги, богъ—творецъ Японіи, выудилъ землю изъ бушующихъ волнъ моря съ помощью своей небесной пики, усѣянной драгоцѣнными камнями. Эта пика называется Аме-но-тама-боко. Согласно толкованію одного синтоистическаго теолога Hireta (1776—1843), эта пика является изображеніемъ Фаллуса, верхушка котораго украшена драгоцѣнными камнями. И нѣмецкій народъ пользуется пикой для изображенія мужского члена. Обходя высокое изображеніе Фаллуса, Изанаги и Изанами сходятся вмѣстѣ и при сладострастныхъ крикахъ совершаютъ актъ зачатія".10

Въ Японіи культъ пола пользуется еще въ настоящее время большимъ почетомъ. Помимо многочисленныхъ храмовъ, въ которыхъ находятся только символы Фаллуса и Ктэисъ, мы видимъ фаллическіе знаки и на большихъ дорогахъ, прорѣзывающихъ страну.

"Въ Японіи существуетъ обычай, въ силу котораго приносятся въ жертву то Фаллусъ, то Ктеисъ, сообразно тому, желательно ли въ данномъ случаѣ пріобрѣсти жениха и сына или невѣсту и дочь. Этотъ обычай, подобно всѣмъ прочимъ видамъ колдовства, кроетъ въ основѣ своей ту мысль, что внѣшнее сходство съ какимъ - нибудь объектомъ дастъ человѣку власть надъ самимъ объектомъ".11

Въ своемъ эскизѣ Buckley сообщаетъ, что „каждый японскій храмъ помимо всѣхъ большихъ національныхъ праздниковъ справляетъ праздникъ въ честь того божества, которому данный храмъ посвященъ. Въ 1892 году я по случаю одного праздника посѣтилъ святыя мѣста въ Кондо; этотъ праздникъ справляется 18 числа третьяго мѣсяца (стараго стиля). Онъ наступаетъ за день до праздника передъ фаллической скиніей въ Моріока и, вѣроятно, совпадаетъ съ весеннимъ праздникомъ всѣхъ народовъ. Праздникъ этотъ ничѣмъ не отличается отъ другихъ. Синтоистическій жрецъ, пришедшій на это торжество изъ далекихъ странъ, возложилъ на алтарь обычныя приношенія: рисъ, пирогъ и фрукты. Мужчины, женщины и дѣти, возложивъ свои небогатые дары, послѣ короткой молитвы возвращались по домамъ... Поведеніе ихъ вполнѣ безупречно, ибо цѣлью этого паломничества является половое здоровье и умноженіе семьи". Dresser даетъ объясненія по поводу одной не вполнѣ понятной фаллической процессіи. "Въ одной деревнѣ (по дорогѣ изъ Токіо въ Никко), куда мы случайно попали, совершалось грандіозное синтоистическое богослуженіе. Тысячи людей смѣялись, кричали и слѣдовали за огромной колесницей, похожей на индійскую джаггернаутову колесницу. На этой колесницѣ находится платформа, обнесенная низкимъ брустверомъ; по самой серединѣ ея возвышается длинная (въ 30—40 футовъ) мачта, верхушка которой украшена бумажками, символизирующими религію синто; въ нижней же части мачты расположенъ шалашъ изъ бѣлой или красной матеріи. На платформѣ сидятъ музыканты; своими гонгами и свистками они оглашаютъ пространство страшнѣйшей музыкой; тутъ же комедіантъ показываетъ свои отвратительные фокусы. Я увѣренъ, что палка, находящаяся въ рукахъ этого комедіанта, должна изображать собою Фаллусъ". „Очень возможно, что это торжество является пережиткомъ чисто фаллическаго праздника. Мы имѣемъ здѣсь передъ собою всѣ признаки полового символизма, который намъ въ настоящее время представляется столь чуждымъ. Праздникъ этотъ справляется во дворѣ одного буддійскаго храма, который, по всей вѣроятности, еще въ давнія времена перешелъ этотъ грубый ритуалъ и впослѣдствіи смягчилъ его. Молодые люди обоего пола въ тихій августовскій вечеръ сходятся во дворѣ храма Гванзадайши, расположеннаго въ лѣсу по пути къ горѣ Гіей. Тамъ они проводятъ всю ночь въ сплошныхъ танцахъ; образуя смѣшанные ряды они съ силою прокладываютъ себѣ путь сквозь трлпу стариковъ, окружающую ихъ. При этомъ они распѣваютъ своеобразную пѣснь. Въ началѣ этой пѣсни выражается сочувствіе извѣстному преступнику Горобою, стоящему передъ лицомъ своего грознаго судьи; кончается же эта пѣснь эротическими изліяніями молодой женщины. Символизмъ ея заключается въ слѣдующихъ словахъ: "Изъ какихъ словъ составить мнѣ любовное письмо? Изъ такихъ, которыя относятся къ птицамъ, рыбамъ или овощамъ? Да, да я торгую овощами, а потому буду писать ихъ названія". Послѣ многочисленныхъ метафоръ и игры словъ она заканчиваетъ: „He хотите ли вкусить первый длинный бобъ? Если нѣтъ, то не хотите ли взломать безволосый персикъ? О, скоро! Я страстно хочу отдаться тебѣ!"

Въ Японіи воздвигали Фаллусъ еще для того, чтобы устранить отъ себя всякія дурныя вліянія.

Если подъ рукой нѣтъ фаллическихъ божествъ, которыя могли бы разогнать злыхъ духовъ, тогда обнажаютъ половые органы или заднюю часть. Иногда просто разрисовываютъ эти знаки на воротахъ дома.

Вообще, обнажать свои половые органы считалось у многихъ народовъ вѣрнѣйшимъ средствомъ вспугнуть демоновъ. Точно также поступилъ и Мартинъ Лютеръ. Желая прогнать дьявола, искушавшаго его цѣлую ночь, онъ показалъ ему заднюю часть тѣла.

Въ Китаѣ изгоняютъ домового. при помощи изображеній мужского и женскаго принципа — Джонъ и Джинъ. Ихъ приклеиваютъ обыкновенно къ входнымъ дверямъ".12

Бездѣтныя китаянки отправляются въ храмъ Миноса и тамъ касаются живота, или вѣрнѣе, полового органа мѣднаго идола. Это, по ихъ мнѣнію, должно доставить имъ легкіе роды.13

Въ Египтѣ совершались мистеріи, спеціально посвященныя культу Фаллуса. Діодоръ Сицилійскій сообщаетъ, что люди, посвятившіе себя жречеству, должны были предварительно принять участіе въ этихъ мистеріяхъ.14

Во время праздниковъ въ честь Изиды жрецы носили съ собою мистическія хлѣбныя вѣялки, которыя были наполнены зернами и отрубями. Жрецы Озириса имѣли всегда при себѣ священный канатъ или ключикъ, который отпиралъ лучшіе замки. Этотъ канатъ является изображеніемъ мужского органа, a вѣялка — женскаго. Сюда присоединяли обыкновенно глазъ съ бровями или безъ бровей; онъ долженъ былъ изображать собою отношенія обоихъ половъ другъ къ другу.15

Во время праздниковъ въ честь Озириса двѣнадцать жрецовъ выступали впередъ съ роскошными носилками на плечахъ. На носилкахъ былъ разостланъ коверъ, усѣянный пышнымн цвѣтами лотоса. По серединѣ возвышалось изображеніе Озириса съ кнутомъ и высокимъ Фаллусомъ въ рукахъ. To же самое происходило и въ Эрнонтѣ, Карнакѣ и другихъ мѣстахъ Египта. По поводу фаллическихъ празднествъ въ Египтѣ Геродотъ замѣчаетъ: "Они справляютъ праздникъ въ честь Вакха совершенно такъ же, какъ и греки; но вмѣсто Фаллуса. они употребляютъ фигурки вышиною въ 1Ѕ фута, которыя приводятся въ движеніе съ помощью особыхъ шнурковъ. Деревенскія бабы моютъ эти фигурки; впереди ихъ выступаетъ флейтистъ. Онѣ слѣдуютъ за нимъ и распѣваютъ пѣсни въ честь Вакха.16

Гаторовъ Египта чествовали съ помощью полового акта. На ихъ празднества стекались огромныя толпы народа.17

Если апіевъ быкъ погибаетъ, то египетскіе жрецы всячески хлопочутъ о подысканіи ему преемника. Когда послѣдній найденъ, его отводятъ въ Никополисъ послѣ всевозможныхъ церемоній. Въ этомъ городѣ женщины имѣли право въ теченіе 14 дней осматривать новаго бога. По словамъ Діодора Сицилійскаго, женщины обнажали передъ нимъ свои половые органы. Смыслъ этой церемоніи заключается въ томъ что богъ долженъ былъ даровать имъ плодовитость. To же самое и съ той же цѣлью продѣлывали египетскія женщины передъ изображеніемъ Пріама; въ своемъ религіозномъ фанатизмѣ онѣ иногда заходили еще дальше.

Женщины также отдавались и мендійскому быку. Дѣлалось это съ той цѣлью, чтобы разсѣять колдовство, обрекшее ихъ на безплодіе.18

Торжества въ честь Діониса, Цереры и другихъ божествъ ясно указываютъ на наличность фаллическаго элемента и въ греческомъ культѣ. Празднества въ честь Діониса продолжались обыкновенно три дня. Четырнадцать жрицъ, избранныхъ архонтомъ-базилевсомъ, появлялись передъ народомъ подъ предводительствомъ его жены. Первоначально празднества эти протекали безъ особенной пышности. Плутархъ говорить: "Празднества въ честь Діониса отличались въ прежнія времена необычайной простотой и жизнерадостностью. Во главѣ шествія находились обыкновенно двое мужчинъ. Одинъ изъ нихъ несъ кувшинъ вина, а другой — виноградную лозу. Третій велъ за собою быка, а четвертый несъ корзину, наполненную финиками; шествіе замыкалось грандіознымъ изображеніемъ Фаллуса".—"Теперь уже не видать этой счастливой простоты". Въ позднѣйшія времена шествіе открывалось вакханками, которыя имѣли въ своихъ рукахъ сосуды, наполненные водой. За ними слѣдовали молодыя дѣвушки, отличавшіяся чистотой нравовъ и благородствомъ своего происхожденія; онѣ несли золоченыя корзинки, въ которыхъ рядомъ съ первенцами всякихъ плодовъ находились и разукрашенные змѣи, цвѣты, нѣкоторые мистическіе предметы, какъ сезамъ, соль, макъ, а также Фаллусъ, роскошно убранный цвѣтами. За этой толпой слѣдовали дѣвушки— фаллофоры. Ихъ лица были покрыты красивыми гирляндами изъ тимьяна и аканта, головы же ихъ были украшены густымъ вѣнкомъ изъ фіалокъ. На нихъ были длинные плащи и платья авгуровъ; въ рукахъ онѣ держали длинныя палки, на концахъ которыхъ находился Фаллусъ. Далѣе шелъ хоръ музыкантовъ игравшій различныя пьесы, относящіяся къ данному торжеству. Во время паузъ они выкрикивали: Evoл Bacche! io Bacche, io Bacche! Къ этому хору примыкали итюфаллы. По даннымъ Гезихія они были одѣты въ женскія платья. Athenдus сообщаетъ, что они выступали съ вѣнками на головѣ, въ расцвѣченныхъ перчаткахъ и въ бѣлой туникѣ. Своими манерами они подражали пьяницамъ, при этомъ они распѣвали всякіе фаллическіе мотивы. За ними несли разнообразныя мистическія и священныя вещи. Вдругъ среди этого блестящаго шествія появлялись иногда вакханки и сатиры. Съ тигровой шкурой на плечахъ, полуобнаженныя, съ распущенными волосами, вакханки выступали впередъ, неся въ своихъ рукахъ пылающіе факелы и тирсы. Въ экстатическомъ порывѣ онѣ метались въ разныя стороны, кричали „эвое" и избивали окружающихъ жителей. Все это сопровождалось фаллическими танцами, въ которыхъ главную роль играли сладострастныя тѣлодвиженія. Сатиры водили за собою жертвенныхъ быковъ, украшенныхъ цвѣтами; за ними верхомъ на ослѣ выѣзжалъ полуобнаженный Силенъ, воспитатель и кормилецъ Вакха. Древній врачъ Аретей разсказываетъ, что сладострастная возбужденность у сатировъ проявлялась въ отчетливой, замѣтной для всѣхъ формѣ; продолжительность этой страсти являлась милостью неба.19 Этотъ внѣшній видимый знакъ былъ, конечно, искусственный Фаллусъ, а не естественный, какъ думаетъ Аретей. Во всякомъ случаѣ, сатиры позволяли себѣ такія вольности, которыя были запрещены другимъ людямъ. Theodoretus говоритъ: „Самый грязный, похотливый человѣкъ не позволитъ себѣ совершить. даже въ четырехъ стѣнахъ своей комнаты, тѣ гнусныя мерзости, которыя совершаетъ хоръ сатировъ во время публичныхъ шествій".

Чествованія Фаллуса происходили и въ такъ называемыя Таргеліи; это были торжества, устраиваемыя въ честь Аполлона и Діаны. Они вылились въ особый культъ у жителей Лампсака. Тамъ Фаллусъ назывался Пріапомъ. Культъ Пріапа былъ распространенъ во многихъ греческихъ городахъ; всюду можно было видѣть его изображеніе въ видѣ колонки съ человѣческой головой и мужскимъ членомъ небольшихъ размѣровъ. Торжества, устраиваемыя въ честь Пріапа, отличались особенной пышностью. Его называли Искупителемъ міра. Ему приносили въ жертву ословъ, цвѣты, фрукты, медъ, молоко и вино.

Фаллусъ, а, повидимому, также и Ктеисъ, играли очень важную роль въ элевсинскихъ мистеріяхъ. По этому поводу мы читаемъ у Tertullian'a:20 "Все, что въ мистеріяхъ было наиболѣе священнаго, все, что вызывало самое горячее преклоненіе со стороны служителей, это — изображеніе половыхъ органовъ мужчины". A Theodoretus прибавляетъ, что въ тайныхъ элевсинскихъ оргіяхъ оказывали знаки почтенія и женскимъ половымъ органамъ.21

Въ малыхъ элевсинскихъ мистеріяхъ представлялась обыкновенно исторія похищенія Прозерпины. Здѣсь мы видимъ также Цереру, пустившуюся на поиски похищенной дочери. Вотъ передъ нами Юпитеръ, который заставляетъ Цереру отдаться ему; вотъ онъ налагаетъ на себя кару, чтобы умилостивить разгнѣванную богиню; далѣе идетъ рожденіе Прозерпины; ее соблазняетъ отецъ подъ видомъ змѣя. Въ заключеніе — похищеніе Прозерпины Плутономъ и жалоба Цереры, которая, согласно преданію, знакомитъ аѳинянъ съ мистеріями.

Въ мистеріяхъ въ честь Венеры изображается актъ оскопленія Сатурна. Въ культѣ Юпитера мы встрѣчаемся съ такимъ обрядомъ: человѣкъ, который посвящается въ тайны мистерій, пропускаетъ себѣ за пазуху золотую змѣю, проходящую другимъ концомъ до самаго низу. Эта змѣя, повидимому, не лишена была извѣстнаго сексуальнаго значенія. Арнобій, человѣкъ прекрасно знакомый съ этимъ обрядомъ, говоритъ слѣдующее: "Для каждаго, даже непосвященнаго человѣка ясно, какова цѣль обряда, сколько безстыдства заключается въ подобныхъ мистеріяхъ".

Культъ Ѳемиды олицетворялся слѣдующими символами: свѣтильникъ, мечъ и женскій гребень. По мнѣнію Клементія Александрійскаго, эти предметы изображаютъ половые органы женщины.22 Въ лернейскихъ мистеріяхъ особымъ почетомъ пользовался культъ Діониса, представленнаго въ видѣ Фаллуса.23

Въ Аѳинахъ, Коринѳѣ, на островѣ Хіосѣ и въ другихъ мѣстахъ существовала секта баптовъ, которая устраивала мистеріи въ честь мѣстной богини Коттито, родственной Венерѣ. При этомъ предавались различнымъ излишествамъ съ тѣмъ, чтобы снискать милость богини. Въ Элидѣ особымъ почитаніемъ пользовался Сосиполисъ, „Спаситель міра", это „божественное дитя", которое до рожденія появилось въ образѣ змѣи. Змѣя же является "символомъ жизни"; она — физическій знакъ, необходимый аттрибутъ божественнаго творца міра и жизни.24

Греки праздновали также бракосочетаніе своихъ боговъ. Ритуалъ этотъ совершался только избранными жрецами и чиновниками; онъ облекался въ глубокую тайну. Ho Petersen замѣчаетъ, что "мистическіе обряды, совершаемые на обыкновенныхъ свадьбахъ, выступаютъ здѣсь съ особенной отчетливостью. Въ началѣ года, въ мѣсяцѣ Гамеліонъ (нашъ — январь) происходитъ первая свадьба — Урана и Геи. Въ концѣ этого мѣсяца — свадьба Зевса и Геры. Далѣе шло бракосочетаніе Зевса и Деметры, Зевса и Коры, Гадеса и Коры или Персефоны, Діониса и Аріадны, Діониса и Коры и т. д. Единственная священная свадьба, о которой мы имѣемъ достовѣрныя свѣдѣнія, это — бракосочетаніе Діониса съ женой архонта-базилевса. Неизвѣстно только, какую роль играетъ въ данномъ случаѣ жена архонта: является ли она Корой, Аріадной или символическимъ обозначеніемъ Аѳинъ. Но мы могли уловить лишь общій смыслъ этого обряда, такъ какъ онъ совершался въ глубокой тайнѣ.25

Распространеніе христіанства явилось опасной угрозой культу Фаллуса и Пріапа. Тѣмъ не менѣе христіанству не удалось искоренить его окончательно. Среди орфиковъ, напр., объявилась секта, поклонявшаяся Фаллусу26. Орфики — это мистическая секта, которая въ центрѣ своей пантеистической теогоніи ставила культъ Діониса; они налагали на себя обѣтъ строгой, воздержной жизни, которая включала въ себя и самобичеванія. Однако, нѣкоторыя мистеріи орфиковъ не лишены извѣстнаго оргіастическаго элемента.27

Bethe, разбирая вопросъ о любви грековъ къ мальчикамъ, приводитъ соображенія оккультнаго характера; по его мнѣнію,28 греки предпочитали эту любовь, руководствуясь такой мыслью: только этотъ актъ въ состояніи перенести добродѣтели любящаго человѣка на возлюбленнаго. По древне-греческому воззрѣнію подобное перенесеніе можетъ быть совершено только физическимъ путемъ, напр., путемъ ввода сѣмени, которое содержитъ въ себѣ, по крайней мѣрѣ, извѣстную долю души человѣка. Слѣдуетъ поэтому предположить, что это были гомосексуальные акты, напоминающіе собою актъ совокупленія. Благодаря этому метафизическому обоснованію греки, вѣроятно, иначе смотрѣли на гомосексуализмъ, чѣмъ односторонняя „prudегіе" позднѣйшихъ вѣковъ.

Почти подобными мотивами руководствовался среднеавстралійскій народъ, Окилія, устанавливая у себя обрядъ обрѣзанія. У мальчика срѣзаютъ обыкновенно крайнюю плоть и передаютъ ее брату его. Тотъ растираетъ ее различными жировыми веществами и отдаетъ младшему брату своему, который долженъ ее съѣсть. Идея, лежащая въ основѣ этого обряда, сводится къ тому, что мальчикъ, съѣвъ крайнюю плоть, становится здоровымъ, сильнымъ юношей29.

Мнѣніе Bethe подтверждается данными, приводимыми Licht'омъ.30 Ha греческомъ островѣ Тера, который раньше назывался
  1   2   3   4   5   6   7   8   9



Похожие:

Ганс Фреймарк iconГанс Крістіан Андерсен народився у датському місті Оденсі на мальовничому острові Фюн. У підлітковому віці Ганс Крістіан багато читав. Через жагуче захоплення до театру, у вільний час, він розклеював афіші
Оденсі гастролювали актори з Копенгагена І для масових сцен запрошували бажаючих. Серед них на сцену потрапив І юний Андерсен. Ретельність...
Ганс Фреймарк iconДокументы
1. /Ганс Сакс.doc
Ганс Фреймарк iconДокументы
1. /Ганс Йонас Гностицизм.doc
Ганс Фреймарк iconДокументы
1. /Ганс Йонас Гностицизм.doc
Ганс Фреймарк iconДокументы
1. /Ганс Кон история национализма.doc
Ганс Фреймарк iconДокументы
1. /Ганс Кмох Защита в шахматной партии.djvu
Ганс Фреймарк iconДокументы
1. /Сборник сказок - Ганс Христиан Андерсен.txt
Ганс Фреймарк iconФедеративной республики германии судебное решение от 15 июля 1982 г
Г-н Ганс Экле и его жена Марианна, 1926-го и 1935 г рождения соответственно, являются гражданами Германии
Ганс Фреймарк iconВеликий сказочник Ганс Христиан Андерсен
Я сел под ёлкой и раскрыл книгу. В ней было много цветных картинок, прикрытых папиросной бумагой. Приходилось осторожно сдувать эту...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов