Министерство образования Российской Федерации icon

Министерство образования Российской Федерации



НазваниеМинистерство образования Российской Федерации
страница11/20
Дата конвертации27.06.2012
Размер2.95 Mb.
ТипДокументы
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   20
1. /Polit_ling.docМинистерство образования Российской Федерации

ЧЕРТЫ РОССИЙСКОЙ МЕНТАЛЬНОСТИ

В ОЧЕРКАХ ЧЕХОВА "ИЗ СИБИРИ"


Цикл путевых очерков «Из Сибири» создавался Чеховым во время его путешествия на Сахалин весной-летом 1890 года. Жанр путевого очерка - один из атрибутов творческой деятельности путешествующего писателя.

Обычно в произведениях такого рода господствует описательность. Внимание путешественника привлекают экзотические стороны чужой действительности. Поездка на Сахалин через всю страну дала Чехову возможность лучше понять особенности российской ментальности вообще и сибирский извод ее, в частности. (Замечу в скобках, что южнорусский вариант российской ментальности представлен в повести "Степь").

Цикл сразу же начинается с противопоставления, выраженного с помощью эгоцентрического элемента:

- Отчего у вас в Сибири так холодно?

- Богу так угодно! - отвечает возница.

Оппозиция вы - мы, здесь - там постоянно присутствует в произведении, определяя сознание рассказчика и его оценки увиденного. При этом он старается избегать априорного предпочтения известного, родного.

Ментальность, понимаемая как совокупность духовных установок, по мнению Чехова, определяется такими фундаментальными объективными факторами, как климат, пространство и характер течения времени. Чехов выстраивает факторы влияния в иерархию, которая отличается от представляемой наукой, например, этнографией. По Чехову, первое, что определяет быт и бытие сибиряков, это холод: Да, уже май, в России зеленеют леса и заливаются соловьи, а здесь, по дороге от Тюмени до Томска, на берегах и в оврагах лежит еще снег. Холод сковывает не только тело человека, но и его душу, проникает в самое сознание, затормаживая все процессы. Холод приобретает, кроме физического смысла, еще и метафизический, и становится одним из символических лейтмотивов очерков.

Второй символ, определяющий жизнь сибиряков, это дичь (дикость). В этом понятии Чехов на первый план выдвигает не сему бескультурья (хотя и она, конечно, есть), а сему нетронутости, первобытности, природной и человеческой девственности и чистоты. Сибирь предстает, используя заглавие произведения писателя более позднего времени, как затерянный мир, чудом сохранившийся, тогда как вся действительность радикально переменилась. Ведущий композиционный принцип очерков - принцип монтажности: путешествующий рассказчик легко переключается с одного объекта на другой, его внимание привлекает все то, что отличает мир Сибири от того, к которому он привык. Между собой эпизоды монтируются по принципу соответствия или контраста.

Рассказчика в первую очередь интересуют люди. В сибиряках он видит россиян, которые изменились под влиянием холода, бескрайних пространств, дикости и медленного течения времени.

Обгоняем две кибитки и толпу мужиков и баб. Это переселенцы.

- Из какой губернии?

- Из Курской.

Чехов считает, что менталитет сибиряков представляет собой не что иное, как перекованный и адаптированный к здешним условиям менталитет жителей Курской, Орловской и других исконно русских губерний. Переселенцы - это люди, которые обмануты жизнью, люди, которых в Сибирь гонит обида на жизнь.

Очерки «Из Сибири» написаны с явной ориентацией на традиции классической литературы. Стратегия чеховского письма базируется на том, что текст берет в руки читатель, знакомый с литературой предшественников. В данном случае Чехов, несомненно, учитывал опыт автора "Записок охотника". Недаром рассказчик именуется часто барином. К началу 90-х годов Х1Х века это слово приобрело отчетливый архаичный привкус. Слово осталось употребительным в речи потомков крепостных Ермолаев, которые когда-то сопровождали путешествующего охотника-барина. Социальные взгляды их в условиях Сибири оказались как бы замороженными в своей неизменности.

Важную роль в очерках играют ментально значимые образы пространства и времени. Образ сибирского пространства представлен в очерках объективно, с помощью чисел. В начале третьего очерка рассказчик замечает, что по сибирскому тракту, от Тюмени до Томска, нет ни поселков, ни хуторов, а одни только большие села, отстоящие одно от другого на 20, 25 и даже 40 верст.

Однако действительность такова, что привычные законы здесь не действуют, и потому объективные данные как бы утрачивают свою объективность. Субъективная оценка, вопреки логике и очевидности, оказывается точнее цифровых данных. В повести "Степь" повествователь задавался риторическим вопросом:

"Кому он нужен, такой простор?" Этот же вопрос напрашивается и при чтении чеховского описания Сибири. Время, как и пространство, трансформировано и передано через воспринимающее сознание рассказчика. Он является носителем некоей нормы (условно говоря, среднерусской), которая обнаруживает свою относительность в условиях Сибири. Время здесь обретает другую скорость и другое качество.

С удивлением рассказчик обнаруживает, что он не в силах жить в русле привычного ритма, а вынужден подчиняться другому, гораздо более медленному и тягучему.

Время и пространство характеризуются избыточной изобильностью, того и другого слишком много: Я опять лезу на гору из пуховиков и подушек, лежу и читаю, потом спускаюсь вниз и пишу; проходит много времени, очень много, а бабенка все еще кланяется, и хозяин с гостем все еще пьют чай.

- Бе-ба! - кричит в сенях дурачок. Ме-ма!

Крик деревенского дурака не просто обстановочная реплика. Это символ дурной бесконечности сибирского времени, придающего окружающей жизни изрядную долю алогичности и абсурдности.

«Записки охотника» Тургенева заканчиваются очерком "Лес и степь", в котором через ландшафт представлен ментальный характер российской действительности. Очерки "Из Сибири" заканчиваются развернутым описанием тайги, этого зеленого чудовища. Человек, живущий в условиях тайги, поставлен перед выбором: либо пропасть и затеряться в ее бескрайних просторах, либо преодолеть свою личностную ограниченность и обрести такие качества, которые позволят ему стать вровень со здешней природой. Эта потенциальная возможность исключена Чеховым из настоящего времени и перенесена в будущее. Наступило ли это желанное время?


Купина Н.А.

Екатеринбург

ИДЕОЛОГЕМЫ КАК КЛЮЧЕВЫЕ ЕДИНИЦЫ

ПОЛИТИЧЕСКОГО ЯЗЫКА

Русский язык советской эпохи находился под жестким контролем партийно-государственной языковой политики, способствующей полной или частичной политизации книжных сфер литературного языка (философской, публицистической, правовой, научно-гуманитарной, эстетической), а также архаизации сферы религиозной. Функционирование всех (без исключения) текстов книжных стилей речи стало невозможным без политических включений. Операционной единицей мышления стала идеологема как навязанная к обязательному употреблению догма.

В узком смысле идеологема – это вербальная единица, непосредственно связанная с политическим денотатом (социализм, оппозиционный) или получившая устойчивое идеологические (политическое) приращение, фиксируемое нормативными толковыми словарями (шатание, разъяснительная работа). Ключевыми становились прежде всего идеологемы, семантика которых отражала понятия коммунистической доктрины (диктатура пролетариата, буржуазный, партия, демократический централизм). Эта группа идеологем составляла ядро концептосферы политического языка. Ключевыми становились также слова и словосочетания продленного момента (троцкистский прихвостень, развитой социализм, ликвидировать как класс). Единонаправленность языковой политики выдвигала на первый план общественного восприятия идеологически правильные апологетические тексты политического влияния, которые являлись ключевыми для осознания и интерпретиции партийно-государственной политики (сталинская конституция, «Краткий курс ВКП», «Стихи о советском паспорте» В.Маяковского). Подобные тексты можно интерпретировать как идеологемы в широком смысле этого термина. Направленный процесс политизации языка способствовал формированию системы идеологем. Цельность, упорядоченность, нормативность, простота, открытый доступ к вербально оформленным идеям всех книжных сфер литературного языка в соединении с функцией предписания к употреблению и контролем за употреблением обеспечивали идеологическую гармонию, предполагавшую интерпретацию ключевых единиц в границах официальных догм.

Эпоха перестройки характеризуется резким ослаблением языковой политики. Политический язык продолжает оперировать ключевыми словами, отражающими опорные коммунистические идеи, но на первый план функционирования выдвигает группу новоидеологем: перестройка, плюрализм, гласность, ускорение. В этот период происходит сдвиг в общественном сознании, связанный в первую очередь с расширением контекста интерпретации ключевых идеологем. Ревизии подвергаются отдельные ядерные ключевые идеологемы советского политического языка. Например, замещение слова революция новополитическим синонимом переворот приводит к десакрализации опорной идеологемы тоталитарного языка. Заметными становятся процессы избавления тематически различных групп идеологем от искусственных политических добавок и переосмысления оценочных коннотаций. В политический язык перестройки проникают идеологемы, не входящие в традиционную систему (открытость, либеральные ценности, демократические нормы). Происходит перегруппировка в сфере текстов политического влияния: на периферию перемещаются тексты предреволюционной, революционной эпох и эпохи первых лет советской власти (например, тексты, составляющие ленинское наследие). Реальное политическое влияние на общественное сознание оказывают современные журнальные публицистические тексты, новая газетная и телевизионная публицистика, ранее запрещенные тексты сопротивления. Ядро системы ключевых единиц советского политического языка постепенно опустошается. Освобожденные от политических добавок единицы устремляются в семантические первосферы. Это приводит к резкому обеднению политического языка.

Постперестроечный период развития русского политического языка определяется группой внешних факторов (в их числе распад СССР, разрушение социалистического мироустройства, многопартийность, отсутствие государственной языковой политики) и группой факторов внутренних (в их числе деидеологизация языка, речевая свобода, ортологическая либерализация). Происходит девальвация опорных ключевых понятий и представлений, некогда формировавших цельность советского политического мировоззрения. Каждая политическая партия стремится выработать ключевые идеологемы, сделать их опознавательными знаками особой политической линии. Источниками таких идеологем становятся собственно русская система ценностей (например: соборность, народ); советская система ценностей (например: социальное равенство); западная система ценностей (например: демократический выбор). Политические субъязыки, пересекаясь, создают впечатление пестроты и неупорядоченности. На этом фоне ощущается стремление субъектов политического взаимодействия обновить политический язык с помощью неполитических вербальных структур. Так, в функции ключевых используются парадоксальные названия партий (партия любителей пива, партия жизни); язык партийных программ нередко «облагораживается» неполитическими опорными категориями (семья, трудолюбие, жить по справедливости). Параллельно наблюдается увеличение ключевых маркеров политического субъязыка с националистической составляющей.

Время от времени ощущаются волнообразно осуществляемые попытки выработки ключевых слов и подсистем государственного политического языка (многополярный мир, вертикаль власти; гражданское общество, гражданская ответственность, гражданские чувства, гражданский форум…). Эти попытки тормозятся, в частности, тенденциями к погружению идеологем в низкую контекстную среду и редуцированию высокого.

Кушнерук С. Л.

Челябинск

ИНТЕРТЕКСТУАЛЬНОСТЬ В СМИ

(на материале российской и американской печати)

Интертекстуальность – «это многомерная связь отдельного текста с другими текстами – по линиям содержания, жанрово-стилистических особенностей, структуры, формально-знакового выражения» [Михайлова, 1999]. Текст обязательно связан с уже имеющимися текстами. Все, что было сказано или написано является базой для вновь создаваемых текстов.

Термины «интертекстуальность» и «интертекст» были введены в научный обиход Ю. Кристевой в 1967 году. Важными источниками направления признаны работы М.М. Бахтина, Ю. Тынянова, и Фердинанда де Соссюра.

Большой вклад в развитие теории интертекстуальности внесли французские теоретики структурализма Р. Барт, М. Фуко, Ж. Деррида, Ж. Женетт.

Многие элементы и понятия теории интертекстуальности получили развитие в трудах таких русских ученых, как Ю.М. Лотман, А.К. Жолковский, М. Ямпольский, Ю.С. Степанов, И.В. Арнольд, И.П. Ильин, Н.А. Кузьмина, Н.А. Фатеева и др. Среди других зарубежных ученых данной проблемой занимаются Ю. Хартунг, Е. Брейдо, Дж. Лай (John Lye), Р.А. де Богранд, В.У. Дресслер, Д. Лодж, М. Уортон (Worton), Дж. Стил (Still).

Говоря о типологизации интертекстуальных отношений, отметим, что наиболее общие классификации представлены в работах П.Х. Торопа и Ж. Женетта. Различные комбинации признаков межтекстовых взаимодействий отражены в классификациях, предложенных Н.А. Фатеевой, И.В. Арнольд, И.В. Толочиным, Н.Н. Белозеровой, Е.Б. Ивановой, Е.В. Михайловой среди российских ученых; Б. Оттом (Brian Ott), К. Уолтером (Cameron Walter), В. Хайнеманом - среди зарубежных.

Теория интертекстуальности складывалась главным образом в ходе исследования интертекстуальных связей в художественных текстах, однако, сфер ее существования намного больше. СМИ – одна из таких сфер, в частности о рекламе Лейс (Leiss) пишет: «реклама заимствует свои идеи, язык и визуальные репрезентации в литературе и произведениях искусства, содержание и форму в других средствах массовой информации, в истории и в будущем, в своем собственном опыте». Реклама, по выражению Фиска (Fiske), в особой степени интертекстуальна (especially intertextual).

Реклама является сложной знаковой системой, которая черпает свои идеи из других текстов. В связи с этим уместной представляется классификация интертекстуальных связей по сферам-источникам. Основными «донорами» интертекстуальности как в российских, так и в американских СМИ, являются мифология и фольклор, литература, история, киноискусство, музыка и шоу-бизнес.

1) Мифология и фольклор являются мощным источником интертекстуальности в российской печатной рекламе. В американской рекламе данный источник не играет столь важной роли. Мифы используются реже, что объясняется коренным различием двух культур. В структуре российского менталитета мифология приобретает особое значение, поскольку «мы и в 2000 году три раза плюем через левое плечо и стучим по дереву» [Козлов,2001]. В целом, использование сказочных, фольклорных образов и мотивов расковывает фантазию читателя, формирует сильнейшую положительную эмоцию - чувство гармонии с окружающим миром и, таким образом, способствует возникновению позитивного отношения к рекламируемому товару или услуге;

2) Предлагая потребителю «идею вещи», «ее идеальный образ», печатная реклама, как в России, так и в Соединенных Штатах Америки, апеллирует к богатейшей кладовой литературных ресурсов. Однако, при этом при всем богатстве источника в российской рекламе фигурируют ссылки на мировую литературу, в то время как в США явное предпочтение отдается родной, т.е. американской литературе;

3) Обращаясь к истории, российская реклама нацелена на формирование нового положения вещей, которое должно соответствовать предлагаемым стандартам. Прошлое оказывается будущим идеалом, к которому надо стремиться. В связи с тем, что в Америке сформировались жесткие установки на признание авторитета личности и традиций дела, передаваемого из поколения в поколение, в американских СМИ акцент смещается с формирования рекламного образа на утверждение авторитетности как основы качества и надежности;

4) Значение сферы киноискусства определяется известной увлеченностью кинематографом как американцами, так и россиянами. Разгадывание простых загадок приносит удовольствие от работы собственной смекалки, а положительный эффект от полученного удовольствия…преобразуется в позитивное отношение к рекламируемому продукту или брэнду;

5) Музыка воздействует на чувства человека, которые «есть действительные двигатели человеческих действий» (В. Паретто). Шоу-бизнес во многом определяет систему представлений, которая влечет за собой формирование системы убеждений человека. На системе убеждений строятся категории ценностей, которые определяют выбор потребителя в пользу рекламируемого продукта.

Характер рекламы в российских и американских СМИ обусловлен специфическими особенностями культуры, в которой она функционирует.

Левитан К.М.

Екатеринбург

К ПРОБЛЕМЕ АДЕКВАТНОГО

ПЕРЕВОДА ПОЛИТИКО-ПРАВОВЫХ ТЕКСТОВ

Язык политики и права особенно чутко реагирует на изменения социально-политической жизни каждого общества, оперативно отражает их в своем лексическом составе, что обусловливает определенные трудности при переводе политико-правовых текстов. Связи культуры и национального языка больше всего проявляются в его лексике. В каждом языке есть слова, не имеющие однословного перевода на другой язык. Эти слова обозначают обычно реалии жизни конкретного социума, отражая национальный компонент в культуре каждого народа.

В отличие от терминов точных наук и техники в юридической терминологии присутствует национально-культурный компонент, поскольку юриспруденция как общественно-политическая наука тесно связана с уровнем социально-экономического развития общества и его культурно-историческими традициями. Юридическая понятийно-терминологическая система отражает политико-правовую культуру общества, его идеологию, нравственные и религиозно-духовные ценности. Так, американская политико-правовая культура основывается на теории общественного договора, в основу которого положена конституция США. Английская правовая культура основана на правовой традиции, провозглашающей главенство закона над любой властью, включая королевскую.

Часть юридических терминов относится к безэквивалентной лексике, образуя интеркультурные лакуны. Интеркультурные лакуны являются результатом расхождения локальных культур. Чем различнее культурные системы, тем больше интеркультурных лакун. Для понимания такой лексики необходимы фоновые знания коммуникантов. Культурно маркированная лексика служит важным источником социокультурной информации о стране. Непонимание значения ключевых понятий в сознании носителей языка, а также перенос сведений из родной культуры на понятия чужой культуры могут привести к недоразумениям в общении и культуроведческим ошибкам.

В России не существует ничего подобного английскому общему праву. Россия имеет кодифицированную систему права, аналогичную немецкой и французской. В Англии же система общего или прецедентного права сформировалась под влиянием ряда экономических и политических обстоятельств. Когда там сложились реальные условия для объединения страны, был введен институт королевских выездных судей, которые отправляли общее правосудие по всей стране. Отсюда возник термин «common law» – «общее право», требующий дополнительных разъяснений для русскоязычных учащихся.

Другим примером подобного рода может служить термин «equity» («право справедливости»). Исторически «право справедливости» развилось как реакция на невозможность граждан в ряде случаев найти судебную защиту, опираясь на прецеденты общего права. В Англии были созданы специальные суды права справедливости, но истец мог обращаться в них только после того, как он не нашел защиты по общему праву. Право справедливости позволяло истцу обращаться прямо к королю или лорду-канцлеру. В России никогда не существовало подобных аналогов, поэтому перевод термина «equity» требует объяснений, как и термин «common law».

В настоящее время многие языки мира испытывают на себе сильное влияние англо-американской культуры. С 1997 года в ФРГ существует «Общество немецкого языка», председатель которого В.Кремер призывает активно сопротивляться «пиджинизации» немецкого языка (в амер. сленге «pigeon» - поддельная купюра, надувательство, обман). По его мнению, большое количество англицизмов угрожает национальной идентичности немцев [Kramer W. Pseudo – Kosmopoliten auf der Flucht aus der nationalen Haut. In: Wirtschaft und Wissenschaft. 1999. H. 4.: 40-43.]. Тем не менее язык живет и развивается без разрешения языковедов. Некоторые германские лингвисты считают, что англицизмы служат обогащению словаря немецкого языка и более точной дифференциации лексических значений. Поэтому при переводе политико-правовых текстов с немецкого языка на русский нередко приходится использовать также англо-русские словари.

Часто происходит прямое заимствование английской лексики с добавлением немецких артиклей: die Political Correctness – политкорректность, die Wellness – благополучие, der Shareholdervalue - биржевая цена акции. Как и в русском языке широкое распространение в немецком языке получили Management, Holding, Leasing, Franchising, которые подчас образуют сложные существительные с чисто немецкими словами: Leasinggeber, Franchisenehmer. При переводе политико-правовых текстов необходимо учитывать значения префиксов и суффиксов, которые могут придавать тот или иной оттенок значению всего слова. Так, следует помнить о несущем иногда пренебрежительный оттенок суффиксе -ling при анализе существительных der Schubling – человек, получивший отказ в просьбе о предоставлении политического убежища (от нем. глагола abschieben – отодвигать), der Emporkommling – карьерист, выскочка. К самым продуктивным суффиксам в английском и немецком языках относится суффикс –er у существительных, обозначающих носителей действия: Manager, Designer, Controller.

Общественно-политическая система ГДР с ее плановой экономикой также оставила заметный след в лексике соответствующих сфер жизни. О ней напоминают, например, весьма употребительные в свое время Genossenschafter – член кооператива, Kommisionshandler – агент комиссионной торговли, Schichtarbeiter – работающий посменно наемный работник. После объединения ГДР и ФРГ в политико-правовой сфере появился целый ряд новых слов, которые несмотря на высокую частотность еще не попали в лексикографические словари. Эти слова часто обозначают понятия в конкретной, строго ограниченной области. Напр., Wiedereinrichter – лицо, которое вновь открыло свое первоначальное предприятие по месту постоянного проживания (дефиниция нового термина из аграрного права). Широко употребляются такие неологизмы, как: Alteigentumer – старый (прежний) собственник, Neueinrichter – новый предприниматель (учредитель), Zwischenerwerber – посредник при покупке недвижимости. Адекватный перевод таких неологизмов оказывается принципиально возможным только с помощью кратких дефиниций.

Таким образом, адекватный перевод политико-правовых текстов возможен при условии выявления и тщательного анализа особенностей политико-правовых систем различных стран мира и соответствующей специальной лексики.

Лысакова И.П.
1   ...   7   8   9   10   11   12   13   14   ...   20




Похожие:

Министерство образования Российской Федерации iconГосударственная программа Российской Федерации «Доступная среда» на 2011 2015 годы
Федерации, Министерство промышленности и торговли Российской Федерации, Министерство связи и массовых коммуникаций Российской Федерации,...
Министерство образования Российской Федерации iconМинистерство образования и науки российской федерации письмо от 18 июля 2011 г. N мд-942/03 о выполнении поручения президента российской федерации
Основы религиозных культур и светской этики (далее комплексный учебный курс или орксэ) Министерство образования и науки Российской...
Министерство образования Российской Федерации iconМинистерство образования российской федерации письмо
В связи с вступлением в силу Федерального закона "О внесении изменений и дополнений в Закон Российской Федерации "Об образовании"...
Министерство образования Российской Федерации iconМинистерство образования российской федерации
Российской Федерации" и в рамках реализации Программы развития воспитания в системе образования России Министерством образования...
Министерство образования Российской Федерации iconМинистерство образования российской федерации
В связи с поступающими запросами о порядке награждения в 2004 году золотыми и серебряными медалями выпускниками общеобразовательных...
Министерство образования Российской Федерации iconМинистерство образования и науки российской федерации (Минобрнауки России)
Положения о Министерстве образования и науки Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации...
Министерство образования Российской Федерации iconМинистерство образования и науки российской федерации (Минобрнауки России) прика з
В соответствии с пунктом 9 Положения о Министерстве образования и науки Российской Федерации, утвержденного постановлением Правительства...
Министерство образования Российской Федерации iconМинистерство образования Российской Федерации прика з от 26 июня 2000 г. N 1908 об утверждении положения о порядке аттестации педагогических и руководящих работников государственных и муниципальныхобразовательных учреждений
Об образовании (Собрание законодательства Российской Федерации, 1996, n 3, ст. 150) и Положением о Министерстве образования Российской...
Министерство образования Российской Федерации iconМинистерство образования и науки российской федерации (минобрнауки россии) приказ
В соответствии со статьей 28 Закона Российской Федерации от 10 июля 1992 г. №3266-1 «Об образовании» Ведомости Съезда народных депутатов...
Министерство образования Российской Федерации iconМинистерство образования и науки российской федерации (минобрнауки россии) приказ
В соответствии со статьей 28 Закона Российской Федерации от 10 июля 1992 г. №3266-1 «Об образовании» Ведомости Съезда народных депутатов...
Министерство образования Российской Федерации iconМинистерство образования и науки российской федерации (минобрнауки россии) приказ
В соответствии со статьей 28 Закона Российской Федерации от 10 июля 1992 г. №3266-1 «Об образовании» Ведомости Съезда народных депутатов...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы