Мы, мертвые, говорим вам и другие наброски в дни войны. Издание,,посредника icon

Мы, мертвые, говорим вам и другие наброски в дни войны. Издание,,посредника



НазваниеМы, мертвые, говорим вам и другие наброски в дни войны. Издание,,посредника
Дата конвертации30.06.2012
Размер131.76 Kb.
ТипДокументы

BCEMИPHOE БРАТСТВО.

----------- Выпуск десятый. -----------


И. Горбунов-Посадов.


Мы, мертвые,

говорим вам


и другие наброски

в дни войны.


Издание ,,ПОСРЕДНИКА". № 1199.


Иван Иванович Горбунов-Посадов

Мы, мертвые, говорим вам


Date: декабрь 2011

Изд: И.Горбунов-Посадов. Мы, мертвые, говорим вам.

М., «Посредник», № 1199, <1917>

OCR: Адаменко Виталий (adamenko77@gmail.com)


Мы, мертвые, говорим вам!


Мы, мертвые, убитые на войне, говорим вам:

Мы, миллионы умерщвленных вами на полях вашего безумия и сами только что умерщвлявшие братьев своих, людей.

Из Божьей вечности говорим мы вам, вам, несчастные, как и мы, обманутые, как и мы; безумные, какими были и мы вчера еще!

Мы, мертвые, но живые, говорим вам, живым, но мертвым, терзающим и убивающим друг друга:

Здесь, пред лицом всеблагого Бога, Отца нашего, спал саван тьмы с нашей души, и воскресла душа наша.

Спала пелена с глаз наших.

И видим мы: нет меж нами ни французов, ни германцев, ни русских, ни австрийцев, ни англичан, ни белых, ни желтых, ни черных...

Есть только души детей одного Отца, есть только части одного во всех духа — Бога.

Есть только одна родина у всех, великая небесная родина — Божия вечность.


—————


Спала пелена с наших глаз.

И увидали мы всю несчастную землю с вами, оставшимися терзать друг друга по велению Силы и Корысти,


— 4 —


Землю детей одного Отца, — землю, на которую небесная родина послала вас, как и нас, создать на ней царство Отца нашего.

Всю несчастную землю эту увидали мы, перегороженную загонами для стад человеческих.

И на каждом загоне надпись: Германия, Австрия, Франция, Англия, Россия и так далее, и так далее....

И называются люди на земле не сынами Божиими, но разделяющими их названиями загонов стад человеческих,

И отвергнут у них закон общего Отца их — Любовь, и поставлены законом у них — Сила и Корысть.

И воля их поставлена вместо воли Бога.

И бросают Сила и Корысть тысячи лет сынов Божиих друг на друга терзать, и мучить, и истреблять друг друга,

Чтобы увеличить власть Силы и богатства Корысти.

И вражда и ненависть и братоубийство царят на земле, когда бы мог на ней быть земной рай любящих братьев людей.

Мы, мертвые, говорим вам, живым, но мертвым.


Мы, вчера влачившиеся, подобно вам, в грязи и крови, во тьме и вражде, в унижении и рабстве,

Ибо мы, как и вы, были разделены друг от друга, ибо души наши, как и ваши, были оторваны друг от друга,

Ибо мы, как и вы, были названы отдельными названиями немцев, русских, англичан

И вместо одной небесной родины нас, как и вас, научили почитать земные разделения, загоны наши,

И нас, как и вас, учили подозревать, презирать, ненавидеть братьев наших, живущих в других человеческих загонах.


— 5 —


Мы, прозревшие, говорим вам, несчастным слепым:

Братья, дорогие, несчастные братья! Обратите сердца к Отцу вашему, чтобы вернулось зрение вашим глазам,

Чтобы спал саван тьмы с вашего разума,

Чтобы вернулась Его единая ко всем любовь в ваши души,

Чтобы соединились все в одно разделенные, оторванные, разодранные части Его Духа — души человеческие, души всех вас — детей Его, всех людей,

Чтобы открылась вам единая вечная небесная родина, родина всех нас, братьев-людей.

Да приидет к вам царствие Его, — Его, который Любовь.

И царство Его соединит вас всех, несчастных, ослепленных, рассеянных, задавленных Силою и Корыстью и обманами их.


—————


Мы предстоим здесь пред лицом Отца нашего и вашего единого Бога, пред великою Любовью.

Мы предстоим здесь, — мы, те, которых называли в мире германцами, австрийцами, русскими, французами, англичанами.

Мы, узнавшие теперь, что все мы одно.

О, зачем мы не узнали этого на земле, и терзали и разрывали на части самих себя?!


—————


И спрошены мы были здесь — в обители Отца нашего Бога:

„Кому служили вы на земле Моей?

„Мне, Отцу вашему Небесному, Вечному, заповедь которого — Любовь, единая братская жизнь и свобода,


— 6 —


„Или же земным минутным богам, вашим повелителям, требовавшим от вас разделения, рабства, золота от вас и крови вашей и братьев ваших

„Единой небесной родине или разделению братьев — тысячи родинам — служили вы?"

И спрошены мы были: „Исполняли ли вы на земле — то, для чего вы были посланы на землю, для царства ли Божия работали вы?

„Проявили ли вы на земле силу Божию — любовь, для проявления которой вы были посланы на землю?"

И в смертной тоске предстояли мы с душами, обагренными братскою кровью.


—————


И были мы спрошены:

„Что сделали вы из жизни своей, Мною вам данной?

„Что сделали вы из души своей, части Меня, Бога, Отца вашего?

„Что сделали вы с братьями своими, детьми Моими?

„Что сделали вы из земли, на которой должны были создать Царство Мое?"

С душою, окровавленной кровью наших братьев, детей нашего Отца, предстояли мы пред лицом Отца всех людей.


—————


Мы, мертвые, умерщвленные на страшных полях, полях братоубийства, потрясшего весь мир своими ужасами,

Мы, испустившие свой дух под штыками вашими, под огнем вашим, под отравою вашею,

Мы, сами окровянившие руки братскою кровью и умерщвленные вами, братьями,

Из царства вечного света и вечной любви, какими станет и земля вся, когда Любовь — Бог воцарится на ней,


—7 —


Говорим мы вам, братьям, оставшимся в живых для продолжения взаимоубийства,

От имени Единого Отца нашего взываем мы, мертвые, но живые, к вам, живым, но мертвым, несчастным, ослепленным братьям нашим:

Сбросьте пелену с глаз ваших, найдите самих себя, станьте теми, какими создал вас Отец,

Сынами Божиими, частями Божьего духа, который в вас,

Уничтожьте безумные разделения ваши, соединитесь все в Боге для вечного мира, для вечной любви.

Соединись, растерзанное на части, человечество, единый Божий народ, дети одной вечной родины!


—————


^ Не даром же лилась кровь миллионов.


Они кричат: „Остановитесь! Что вы делаете? Вы братаетесь друг с другом? Вы хотите кончить ничем войну! Неужели же даром пролилась кровь миллионов героев, павших на поле брани? Неужели даром принесены их жертвы? Во имя их вы должны биться до победного конца, — иначе вы совершите преступление пред их памятью!"

Довольно этой лжи! Неужели же ваше сердце, люди-братья, не слышит, что кричат нам несчастные жертвы из могил:

„Не оскверняйте наших могил новыми человеческими жертвами". Во имя родины и царей, за веру, царя и отечество убивайте друг друга"! кричали нам, убитым. Теперь вам кричат, чтобы вы убивали друг друга, во имя нас, перерезавших для владык земли друг друга. Для того, чтобы наша смерть не пропала даром, вас зовут перерезать еще миллионы друг друга. А


— 8 —

когда эти новые миллионы будут перерезаны, вас будут звать перерезать еще новые миллионы человеческих жизней, чтобы смерть этих новых миллионов не пропала даром. И так далее и так далее! Да вырвите же, наконец, несчастные слепцы и безумцы (какими и мы отправились на тот свет), вырвите же, наконец, ваш разум из этого безумия и обмана. Мы, умерщвленные на войне, молим об одном, чтобы мысль о наших муках и миллионах совершающихся сейчас новых убийств потрясла, наконец, душу человечества и вырвала из нее один крик: „Долой, долой — и навеки — войну!"

Именем нашим, именем всех загубленных войною, именем всех безумных страданий человечества, именем наших осиротелых детей, матерей, жен, именем наших малюток, издыхающих с голода, заклинаем мы вас, живые: „Долой сейчас же и навеки это проклятие земли, долой всякое братоубийство на земле!"


—————


^ Смертию смерть поправ...


Мы стояли у решетчатой церковной ограды. Церковный двор был полон народу, не умещавшегося в церкви и молитвенно ждавшего.

Священники только-что прошли в светлых ризах вокруг церкви и внесли в церковь плащаницу, и в ответ на весть, что они не нашли Христа в гробнице, понеслось радостное пение о воскресении, радостная песнь о воскресении жизни.


,,Смертию смерть поправ,

Из гроба жизнь даровав",


несся в церкви радостный гимн воскресения жизни.

И в это самое время за церковною решеткою на


— 9 —


Ц-ской улице послышался мерный, тяжелый топот сотен шагов.

Мы обернулись туда.

Мимо церкви шел, отправляясь на железную дорогу, баталион вновь обученных солдат, отправляемых на войну.

Солдаты шли мимо церкви, сиявшей огнями, мимо решетчатой церковной ограды, усеянной празднично блестящими разноцветными фонариками.

Впереди солдат шел офицер, пожилой бородатый человек, низко с тяжелой грустью опустивший голову. За ним сотни людей, с ружьями, с мешками и лопатками за спиною, сбивавшиеся с строевого такта, шли убивать братьев-людей и быть убитыми ими в то время, когда в церквах, мимо которых они шли, хоры певчих радостно пели о воскресении жизни и люди радостно обнимались и целовали друг друга поцелуем братской любви.


—————


Сын.


Муж ее, запасной, год уже на войне. Теперь берут у нее ее мальчика, девятнадцатилетнего сына, всю ее надежду, всю ее опору. После него пять девочек да полуторагодовалый сынок-малютка.

Мальчик ее такой хороший, какого другого в деревне нет. Скромный, тихий, ни озорства, ни щегольства. Другие парни изо всех сил лезут теперь щегольнуть своею справой — пиджаки, калоши, лаковые сапоги, часы с цепочкою, шляпы разного фасона, а ему отец силком только сапоги лаковые навязал.

И работник какой! Без отца со всем большим полевым хозяйством ихним как справлялся!


— 10 —


рожь, и овес, и вика, и травы — все вовремя и посеяно, и скошено, и убрано. И сейчас: ему на призыв завтра итти, а он все молотит и молотит, чтобы все кончить, чтобы оставить их с хлебом.

И сидит мать передо мной с темным от горя лицом, с застывшими от горя слезами, и просит меня написать ей такое прошение, чтобы оставили ей сына, единственную надежду и опору ее и всей большой семьи — всей из девочек и полуторагодовалого сына-малютки:

И пишу я ей прошение с тяжелым сердцем, потому что знаю, что нет теперь пощады ни матерям, ни отцам, ни сыновьям, ни взрослым, ни мальчикам.

Кажется, если бы младенцы могли пригодиться для взаимного убийства человеческого — и младенцев бросили бы туда, в адский котел ужаса и смерти.


—————


Костер.


Мне рассказывали, что когда недавно, после больших сражений, наш город наполнился десятками тысяч раненых, на пустыре сзади большого госпиталя, где содержались раненые „наши" и раненые пленные, сжигали на костре множество отрезанных докторами рук и ног.

Мне вспомнились костры, на которых дикари-людоеды жарили себе человеческое мясо.

Конечно, это не то. Но это не менее, а бесконечно более ужасно. Ведь то дикари — в дебрях диких лесов, а ведь это европейцы, христиане, люди XX века жгут костры из кровавых лоскутьев человеческого мяса, изорванного их руками, их ружьями и пушками, над усовершенствованием которых для


— 11 —


этого дела безостановочно изо дня в день работает их наука и техника.


—————


^ Осиротелая полоса.


Хлеб высоко поднялся над его полосою и уже волнуется светлыми волнами под ветром. Могучий, прекрасный хлеб!

Мой приятель крестьянин, как всегда с величайшею заботою и вниманием, вспахал землю под хлеб и засеял отборным зерном рядовою сеялкою. Он пока один из всей деревни решился сеять своей рядовою сеялкою. Он идет впереди всех во всем, могущем улучшить посевы. Он — любящий друг земли, истинный земледелец всею душою!

Голубое небо полно майской красотою над его полем. Птицы взвились в высоте, перепархивая во ржи, льют над ним свои серебристые песенки.

Здесь совершается самое важное дело: посеяно зерно и рождается хлеб, который будет кормить человечество. Земля и труд человека слились здесь в одно священное целое.

Но не придет уже полюбоваться на свою ниву ее хозяин. Сиротливой стоит его нива под сияющим майским небом. Не придет он, совершавший здесь священный человеческий труд, 15 лет уже обливавший потом своим свое поле, готовя для человечества хлеб. Он — истинный сын земли, кормилец человечества, священнослужитель мирнейшего труда, он оторван, может-быть, навеки от той службы своей человечеству, для которой был призван поколениями своих отцов, — он оторван от исполнения воли Бога на земле и брошен жестокими силами на


— 12 —


поля братоубийства, — на поля, где вместо хлеба, вместо радости, вместо жизни он должен сеять кровь, муки, смерть, и ожидать себе крови, муки, смерти.

Уходя, он повторял только одно и одно: — Я иду, но я не буду ни за что убивать.

А потом он писал домой: „Молитесь обо мне, спасите меня вашею молитвою. Страшные дела вокруг нас. Мы ходим по колена в крови".

Как страстно обнимал он, прощаясь, своего сынка, покрывая его поцелуями! Мальчик проходил у отца с первых годочков великую школу крестьянского труда. Теперь конец всему. Он не научит уже сына великой науке, он не увидит уже, как сын сам пойдет за плугом и бросит в землю первые семена.

Его письма невозможно читать без слез. Это сплошная страшная тоска по семье, по земле.

Здесь над его полосой встает все выше его детище — его хлеб, и, голубое небо полно чудной красоты над его полем.

А он там идет по колена в крови!

И таких сиротливых полос, и таких нив с таким чудным майским небом над ними, и таких кормильцев человечества, силою оторванных от них и идущих по колена в братской крови, миллионы теперь в мире, и в те минуты, когда я пишу это, десятки тысяч их бросают на грудь матери земли десятки тысяч умерщвленных ими братьев — земледельцев, — так же точно как так недавно они бросали на грудь матери земли зерна святого посева.


—————


— 13 —


^ Хлеб поднимается все выше и выше.


Все дни жизни этого крестьянина были наполнены неустанным, кипучим, разнообразнейшим трудом его в поле, на лугу, в лесу, в извозе в городе, на подвозных дорогах к рудникам и заводу. Он кипел весь крестьянским трудом, страстной заботой о земле.

А теперь его все гонят и гонят с ружьем и мешком патронов в даль и в даль, навстречу таких же, как и он, братьев-крестьян других народов, оторванных, как и он, от матери земли, от труда, кормящего все человечество.

Может-быть, тогда, когда я пишу эти строки, он лежит уже на дне окопа, давимый бегущими по нему людьми, сжимая ружье в окоченевших пальцах. Может-быть, он безумно бежит вперед, сам только-что вытащив окровавленный штык из груди брата-земледельца. Может-быть, в диком ужасе сам он стал зверем, — он, созданный для честного мирного труда, кормящего все человечество, свято исполнявший, пока его не оторвали, в поте лица свое благороднейшее дело.

А здесь над его полосой все выше и выше встает посеянная им жизнь — его хлеб. И все больше и больше в нем потоптанных, стравленных чужими лошадьми мест, — нет у его полосы ее работника, ее защитника!


—————


Конец.


Второй месяц Аннушка не получала от мужа вестей. Чем дальше, тем мысли ей приходили одна


— 14 —


другой ужаснее. Она плакала дни и ночи. А в это время шла самая напряженная полевая работа — сенокос, уборка сена, пашня, бороньба, жатва, уборка хлеба с полей.

Целые дни проходили у нее в поле. И беспрестанно вставал перед ней муж, как лежит он ничком где-нибудь среди дальних сожженных полей, простреленный пулею, а, может-быть, и в клочья разорванный бомбою, и как клюют его хищные птицы. А дети жмутся к ее подолу и спрашивают про папаньку и зачем она все плачет.

„Оторвалось теперь у меня сердце, точно и не знаю порой, жива или мертва ли я сама..." говорила она.

И вставала перед ней вся ее будущая одинокая жизнь, как придется ей подымать одной пятерых детей, как вырастут они и разлетятся, как птенцы, во все стороны, и останется она одна, беспомощная старуха.

А если она рано помрет, кто ее детей поднимет?..

И кто знает, вырастет, может-быть, без отца сын-хозяин озорным и грубияном и прогонит мать, и будет она по-миру на старости ходить...

„Павлуша, ненаглядный ты мой, дружок мой, на кого ты покинул меня, горькую!.."

Причитает она про себя, одинокая, в поле, сгребая под солнцем оставшиеся колосья, и слезы градом катятся по ее исхудалому, обветренному лицу с провалившимися глазами...


—————


Пришло, наконец, письмо, но не от него. Чужою рукою писано.


1915 г. 27 июля.

Пишет тебе Степан Иванов Бубнов, твоего мужа товарищ Павла Дмитриевича Васильева, пишу


— 15 —


я тебе весточку, что мужа твоего нету, пропал без вести.

Когда он пропал, этот раз мы отступали 6-ть дней, день и ночь.

Кланяюсь Павлову сынку. Скажи, что заместо его отца ему товарищ отца прислал поклон.

Сейчас у нас какие идут бои, не дай Бог!

Пропал он 5-го июля. Он мне ранее говорил, чтобы я послал тебе письмо.

Не плачь, — он, может, не убит, а в плену...


—————


Где он? Вернее всего, что лежит таким, каким он представляется ей, и смрадный труп его гниет среди далеких полей, залитых кровью...


—————


Я иду через его поле. Его хлеб уже скошен, как скошена и его жизнь.

Как странно, ужасно итти по его полю, — которое пропиталось его трудовым потом. Я старый, сторонний человек, далекий от хлебного труда, я не за плугом ходящий, а просто по земле бродящий, я иду под ласковым дыханием тихого осеннего ветерка по его полю и, может-быть, еще много раз пройду через него, а он, молодой, в расцвете сил, могучий, верный сын земли, пахарь-сеятель, кормивший нас своим хлебом, безумно-жестоко оторванный от земли, от семьи, от благороднейшего труда, брошен на зарез туда и валяется теперь, как ненужная мировая падаль...

Мне жутко и страшно итти по его земле, и кажется мне, что и я принимал участие в преступлении войны, потому что не схватил руки, который производили все это, не бросился между ним и теми, кто его убивал, не кричал всему миру о совершающемся преступлении.


—————




Похожие:

Мы, мертвые, говорим вам и другие наброски в дни войны. Издание,,посредника iconКорабль дьявола и другие наброски в дни войны. Издание,,посредника
В непродолжительном времени из Америки должен отплыть в Европу корабль, нагруженный рождественскими подарками, которые американские...
Мы, мертвые, говорим вам и другие наброски в дни войны. Издание,,посредника iconМертвые и живые души в поэме Н. В. Гоголя “Мертвые души”
Гоголь умеет увидеть и показать обыденное под совершено новым углом зрения, в неожиданном ракурсе. И рядовое событие обретает зловещую,...
Мы, мертвые, говорим вам и другие наброски в дни войны. Издание,,посредника iconНазад – к простоте!
Мы говорим с тобой на разных языках, как всегда, отозвался Воланд, но вещи, о которых мы говорим, от этого не меняются. Итак
Мы, мертвые, говорим вам и другие наброски в дни войны. Издание,,посредника iconКнижная выставка Ради жизни на Земле
В первые дни войны ушло на фронт 250. 471 писатель не вернулся с войны. Корреспондентами газеты «Красная звезда» были И. Эренбург,...
Мы, мертвые, говорим вам и другие наброски в дни войны. Издание,,посредника iconФинк Татьяна Николаевна Имя собственное в поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»
Но самое важное, что их интерес к познавательной деятельности переносится затем и на другие предметы
Мы, мертвые, говорим вам и другие наброски в дни войны. Издание,,посредника iconДонесение заместителя начальника 3-го Управления нко СССР ф. Я. Тутушкина И. В. Сталину о потерях ввс северо-Западного фронта в первые дни войны

Мы, мертвые, говорим вам и другие наброски в дни войны. Издание,,посредника icon[ вернуться к содержанию сайта
Только им и присуще 8 опорных конечностей. Другие животные с восемью ногами – это либо другие головоногие (кальмары, каракатицы),...
Мы, мертвые, говорим вам и другие наброски в дни войны. Издание,,посредника iconЭлектронное издание (журнал болельщика) «Третий Тайм»; Номер: 1(1) от 10 августа 2004 г.; Санкт-Петербург Электронное издание (журнал болельщика) «Третий Тайм»
Это издание создано для Зенита, во имя Зенита. Издание о болельщиках и для них. Давайте создавать его вместе!
Мы, мертвые, говорим вам и другие наброски в дни войны. Издание,,посредника iconКалендарь бахаи
Айам-и-Ха вставные дни, дни буквы Ха, дни празднования, веселья и гостеприимства. Новый год начинается с момента весеннего равноденствия...
Мы, мертвые, говорим вам и другие наброски в дни войны. Издание,,посредника iconВ. Асмус Проповедь, прочитанная в день Сретения Владимирской иконы и почитания свв мчч. Адриана и Наталии
Первая половина месяца Успенский Пост, это дни скорби и покаяния, дни приуготовления к величайшему Богородичному празднику Успения....
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов