* Выступление на ежегодном собрании членов Национальной музыкальной ассоциации в Ахмадабаде опубликовано в «Янг Индиа» 15 апреля 1926 г. (т. 30, с. 159-160) icon

* Выступление на ежегодном собрании членов Национальной музыкальной ассоциации в Ахмадабаде опубликовано в «Янг Индиа» 15 апреля 1926 г. (т. 30, с. 159-160)



Название* Выступление на ежегодном собрании членов Национальной музыкальной ассоциации в Ахмадабаде опубликовано в «Янг Индиа» 15 апреля 1926 г. (т. 30, с. 159-160)
Дата конвертации30.06.2012
Размер255.89 Kb.
ТипДокументы

О МУЗЫКЕ*


* Выступление на ежегодном собрании членов Национальной музыкальной ассоциации в Ахмадабаде опубликовано в «Янг Индиа» 15 апреля 1926 г. (т. 30, с. 159-160).


Есть известное классическое высказывание, ставшее уже поговоркой: «Человек без музыки внутри — или аскет, или животное». Нам далеко до аскетов, и поэтому я думаю, что мы почти уподобились животным. Музыка должна воплощаться в жизни.

140

В этом — смысл ее познания. В нашей же жизни господствует диссонанс. He может быть свараджа там, где нет гармонии, где нет музыки.

Там, где разлад, где каждый играет свою мелодию, царит хаос или анархия. Работа для свараджа не увлекает нас, потому что в нас нет музыки. Мы сделаем первый шаг на пути к свободе, если миллионы людей научатся петь вместе и в согласии, научатся в унисон произносить имя Бога, когда голоса миллионов сливаются в одну мелодию. Как мы завоюем сварадж, если такая простая вещь нам не под силу?

В Ахмадабаде уже три года проводятся бесплатные уроки музыки. В списке — десять учеников, а на занятия регулярно ходят всего четыре. Это действительно слабое утешение. Неужели только четверо из наших детей любят музыку?

Не может быть музыки там, где грязь, нищета и запустение. Для нее нужна совершенно другая атмосфера. Если мы будем рассматривать музыку в более широком смысле, обращая внимание на присущий ей дух единства, согласия и взаимопомощи, то мы поймем, что ни в одной сфере жизни мы не можем без нее обойтись.

Сегодня, когда говорят о музыке, имеют прежде всего в виду умение хорошо петь. Но мы стесняемся посылать наших сестер и дочерей в музыкальные школы. Нам кажется, что их голоса будут лучше без специального обучения, так как сохранят первозданную прелесть. Понятно, почему профессор Харипрасад вполне доволен и такими показателями посещаемости его занятий.

По правде говоря, музыка — древнее и священное искусство. Гимны «Самадевы» полны музыки. Ни одна строка Корана не может быть произнесена без музыки. Псалмы Давида погружают вас в восторг, напоминая о мелодиях «Самадевы». Давайте возродим это искусство. Давайте поддержим эту музыкальную школу.

Мы видим, как на концертах рядом сидят музыканты-индусы и музыканты-мусульмане. Когда же мы увидим такое же братское единение и в других делах? Тогда бы имена Рамы и Рахмана срывались с наших уст одновременно.

Мне приятно, что некоторые из вас помогают в работе школы. Призываю и других родителей отдать детей учиться музыке. В этом я вижу их посильный вклад в дело национального возрождения.

Но нужно сделать и еще один шаг. Если мы хотим, чтобы музыка жила в домах миллионов наших бедняков, мы все должны носить кхади и прясть. Сегодня мы слышали прекрасную музыку, но она — привилегия немногих избранных. Музыка колеса прялки может стать подарком для всех, и поэтому ее звучание слаще.
В ней — надежда, утешение и опора для миллионов, и поэтому для меня она по-настоящему прекрасна.

141

В узком смысле слова мы под музыкой будем понимать умение петь и играть на музыкальном инструменте, соблюдая мелодию и ритм. Но в широком смысле действительная музыка звучит только тогда, когда на верную мелодию и ритм настроена сама жизнь. Музыка рождается только тогда, когда правильно настроены струны сердца. Эксперимент с музыкой можно будет считать успешным, если десятки тысяч людей по всей стране начнут говорить, понимая друг друга. Я думаю, что действительная музыка заключена в кхади и колесе прялки. И пока она не зазвучит, мы будем оставаться в рабстве.

(1926)


^ СТУДЕНТ ПЕРЕД ВЫБОРОМ*


* Ответ на письмо студента был опубликован в «Навадживан» 3 июля 1927 г. (т. 34, с. 97—100; сделаны незначительные сокращения)


...Читатель пишет: «Я не понимаю, почему для вас усвоение знаний и изучение ремесла одинаково важны».

С тех пор как я вернулся в Индию, мне часто задавали этот вопрос. И всегда я давал один и тот же ответ: им нужно уделять одинаковое внимание. Так было в старые времена. Тот, кто хотел учиться, приходил к учителю с вязанкой дров для жертвенного костра. Она символизировала смирение и готовность работать. Для гуру ученик собирал хворост в лесу, носил воду. Он также работал в поле, пас коров.


NB. Добровольное признание учеником диктатуры наставника. Принесение в жертву образования своей свободы. Вот он, критерий готовности к восприятию. Все барьеры рухнули, и теперь важно дать понять ученику, что его добровольное рабство — счастье, что плоды его — удовольствие от самоосознания, от ощущения полезности и собственной значимости, от перспективы передачи своих знаний и опыта в будущем.

Как важна эта принесенная вязанка дров. В ней надежда и покорность, готовность и стремление, уверенность и просьба. Как важно не сгореть вмиг в жертвенном костре этой вязанки. Ведь настоящий учитель добавит в него дрова из своего запаса. И тогда к робости прибавится понимание, к сомнениям убежденность, а к стремлению — направленность. Костер начнет гореть ярче, дрова в нем будут вечно, тепло от него одолеет холод, а к его свету придут многие.


Сейчас не так, и в этом одна из причин того, что в мире так много голода, несправедливости и порока. Грамотность, т. е. изучение книг, приобретение интеллектуального знания и полезный ручной труд в различных ремеслах не разные вещи, как может показаться на первый взгляд. Попытки разъединить их и разорвать связи, объединяющие их, ведут к неправильному употреб-

142

лению знания. Его интеллектуальная сторона и ручной труд — как муж и жена. Узы, связывающие их, нельзя расторгать. Разведенный с ручным трудом, этот муж сегодня ведет себя как распутник. Его порочный взгляд скользит повсюду, и все же он не находит удовлетворения. И в конце концов падает, обессиленный и опустошенный.

Вообще-то из этих двух предпочтение должно быть отдано ручному труду, так как ребенок начинает применять свои руки и ноги раньше, чем способность мыслить. Постепенно он учится использовать свои глаза и уши, и только когда ему четыре или пять, начинает понимать, что происходит вокруг. Но это не значит, что с этого момента, приобретя большую силу разумения, он может пренебречь своим телом. Если он сделает это, он разрушит и тело, и ум. Интеллект находит свое выражение в действии с помощью тела. Сегодня активность тела свелась к одной лишь гимнастике. Раньше потребность в движении удовлетворялась в полезном труде. Я не предлагаю, чтобы мальчики не играли или не занимались спортом. Но нам не нужны игры только для здоровья. Скорее мы нуждаемся в средстве отдыха и расслаблении тела и ума. В образовании нет места праздности. Независимо от того, осваивает ли ребенок какое-нибудь ремесло или овладевает премудростями чтения, письма или счета, учиться всегда должно быть интересно. Если мальчику скучно — не его вина. Все дело в методе преподавания и в учителе.

Когда это письмо лежало на моем столе, мне в руки попала книга о новом эксперименте в области образования в Англии, где было создано учреждение, задачей которого будет открытие по всей стране центров, где дети вместе с образованием в принятом значении будут получать и подготовку в одном из ремесел. В списке тех, кто поддерживает эту организацию, я нашел имена почти всех известных английских педагогов. Их цель — изменить нынешние тенденции в образовании и совместить книжное образование и освоение ремесла. Планируется открытие значительного количества таких центров в местах, где свободные площади позволяют создать все необходимые условия для ремесленной подготовки. Дети, учась, смогут уже кое-что зарабатывать. Редактор этой книги пишет, что, возможно, это удлинит срок обучения, но он также утверждает, что при такой организации обучения для учащихся пользы будет больше, чем вреда. Когда школьник начинает зарабатывать сам, приходит осознание ценности честно заработанных денег, появляется уважение ко всем формам сообщаемого ему знания.

Думаю, что эксперименты, которые я проводил в Южной Африке, подтверждают это. Учитывая мой уровень подготовленности к таким экспериментам и условия их осуществления, я считаю, что они были вполне успешными.

Если метод преподавания хорош, нужно немного времени, чтобы выучить уроки или почитать что-нибудь дополнительно.

143

Конечно, у студентов должно быть время, которое они могут использовать по своему усмотрению, чтобы почитать что-то интересное или просто побездельничать, ничего не делая. Недавно я узнал, что в йогической науке это называют shavasana. Shavasana — это когда вы лежите как труп, разбросав ноги, и ваше тело и ум полностью расслаблены и пребывают в состоянии покоя. Понятно, что и в этом состоянии вы с каждым вдохом повторяете имя Бога. Для брахмачарии каждый вдох и значит повторение Его имени.

Если то, что я говорю, действительно верно, то почему же этот студент и его товарищи, которые не ленятся, правдивы и хотят работать много для достижения своих целей, не могут на себе испытать благие последствия такой методики.

Наша трагедия состоит в том, что все мы, учителя, родились и выросли в то время, когда основной акцент делался на книжном обучении, а ремесленной подготовке не уделялось должного внимания. И все равно некоторые из нас видели этот роковой недостаток нашей системы. Сегодня уже предпринимаются попытки исправить это положение, но пока еще не совсем ясно, как это сделать. К тому же у нас не хватает сил претворить в жизнь даже то немногое, что мы задумали. У тех, кто может учить, когда речь идет о «Рагхувамсе», «Рамаяне» или Шекспире, нет ни должной подготовки, ни склонности, чтобы преподавать плотничье дело или ткачество. Они не знают их так хорошо, как «Рагхувамсу», а если и знают, то им это не так интересно. Неудивительно, что с такими несовершенными учителями нам трудно создать нужный тип ученика, который в равной мере овладеет книжной мудростью и ремеслом и в то же время будет формировать свой характер. И поэтому в этот переходной период и нашим несовершенным и плохо вооруженным учителям, и трудолюбивым учащимся нужно быть терпеливыми и верить в успех. С верой можно переплыть все моря и взять даже самые неприступные крепости.

(1927)


^ ВОПРОСЫ ОБ ОБРАЗОВАНИИ — II*


* В этой статье М.Ганди отвечает на вопросы студентов о роли учителя в процессе обучения, о необходимости обязательного образования и о праве учителя преподавать религию исходя из своих убеждений. Опубликовано в «Навадживан» 10 июня 1928 г. (т. 36, с. 382—384).


Я продолжаю чувствовать, что даже если есть очень хорошие учебники, учителя в истинном значении этого слова незаменимы. Хороший учитель никогда не будет довольствоваться обобщением каких-то моментов или разъяснением трудных абзацев. Снова и снова он будет выходить за пределы учебников и пред-

144

ставлять предмет ученику так же живо, как это делает художник. Лучший из учебников можно сравнить с самой лучшей фотографией. Но так же, как картина, пусть даже второразрядного художника, неизмеримо выше любой фотографии, так и настоящий учитель превосходит даже самый лучший учебник. Настоящий учитель вводит ученика в мир своего предмета, создает в нем интерес и помогает ему самостоятельно понять его закономерности и тайны. Я думаю, что тот, кто только объясняет трудные места в учебнике и готовит порции учебного материала, никогда не должен считаться хорошим учителем. Наши усилия должны быть направлены на то, чтобы подготовить настоящих учителей, которым будет присущ дух истинного служения. Таких учителей уже можно встретить в наших школах и сегодня.

Я не думаю, что у меня сегодня хватит смелости сделать обязательной систему образования, которую я задумал. Еще много лет в этом не будет нужды, так как для этого в нашей стране должно произойти еще очень много других изменений. Я чувствую, что если мы предложим людям образование, которое будет способствовать их росту и будет отвечать их требованиям, они с готовностью воспримут его и без нашей помощи.

Учителя, работающие в обычной школе, не имеют права преподавать религию, исходя из своей точки зрения.

Как и в случае с другими предметами, обучение основам религии должно проводиться в соответствии с планом, одобренным органом управления образованием. У каждого учителя будет свой собственный метод изложения материала, но только в рамках одобренной схемы. Любой другой предмет может преподавать тот, кто прочел определенное количество книг по этой отрасли знания. Но это правило не имеет отношения к преподаванию религии. Оно никогда не осуществляется посредством книг. Методика — совсем другая, так как предполагает не общение умов, а соприкосновение сердец. Только учитель, верующий сам, должен делать это. Хотя и здесь методы могут быть самыми разными, все же хотелось бы напомнить о некоторых общих подходах. Другими словами, нельзя учить тому, что будет поощрять насилие там, где ненасилие принято как высшая дхарма. Или, нельзя учить воинственному неприятию других религий там, где идеалом стали взаимная любовь, терпимость и сострадание. Короче говоря, там, где поняли значение религиозного образования, не должны допускать анархии в вопросах его осуществления.

(1928)


NB. Общение сердец должна предполагать не только методика преподавания религии. На таком уровне должен преподноситься любой пласт знаний. Только соприкосновение сердец может привести к контакту в наибольшем количестве точек дающего и принимающего умов.

Каким же огромным должно быть сердце учителя, чтоб соприкасаться одновременно с несколькими десятками очень чувствительных и легкоранимых сердечек. И только тогда,

145

когда будут найдены все общие точки, дети будут готовы к восприятию учебников, правил письма, счета и т. д. Не нужно пытаться делать этого раньше, так как мозг ребенка воспринимает по сигналу его сердца, души, если угодно. Сигналы детской души беспокойны и доминируют над всеми до тех пор, пока она не ляжет, как в матрицу, в одну из ячеек души учителя, и именно так, на этом уровне может быть осуществлена наиболее полная и наиболее полноценная передача знаний книжных, обязательно со знаниями духовными. Причем одни не должны следовать за другими, но должны быть двумя беспрерывными параллельными потоками, наполняющими детскую душу и мозг и готовящими эти два «принимающих» к осознанной отдаче в будущем, отдаче на благо.


^ ВОПРОСЫ ОБ ОБРАЗОВАНИИ — III*


* Еще одна статья, в которой М.Ганди отвечает на вопросы студентов. Для перевода мы взяли только фрагмент, в котором речь идет о ремесленном обучении. Корреспондент скептически относится к утверждению Ганди о том, что ремесленная подготовка включает все образование (т. 36, с. 422).


Это так же верно, как и неправильно. Там, где слепо боготворят интеллектуальное образование, я, конечно же, скажу, что ремесленная подготовка покрывает все. В моем определении образования нет кирпичной стены, которая разделяет интеллектуальную и ремесленную подготовку. Последняя включает предыдущую, т. е. создает простор для развития ума. Я возьму на себя смелость заявить, что действительное развитие интеллекта невозможно без овладения ремеслом. Те знания, которые нужны каменщику, чтобы зарабатывать себе на жизнь, я ни в коей мере не считаю образованием. Его образование должно включать знания о месте его ремесла в обществе, о строительных материалах и их значении, о потребности в жилище и архитектуре, о том, как строительство связано с цивилизацией.

Ошибаясь, мы часто верим в то, что интеллектуальное образование подразумевает общее знание о событиях. Но полное развитие ума возможно и без этого. Педагог, который превращает ум студента в склад бесчисленных фактов, сам не выучил самый первый урок в образовании.

А теперь я хотел бы пояснить, почему и при каких условиях я приветствую университетское образование. Университет, о котором я мечтаю, будет состоять из каменщиков, плотников и ткачей, которые будут действительно интеллектуальными социальными работниками. Они не будут просто ремесленниками, которые думают только о куске хлеба. В этом университете из ткачей поднимется Кабир, из сапожников — Бходжа Бхагат, из золотых дел мастеров — Акхо и из крестьян — Гуру Говинд. Я считаю, что эти четверо получили действительно интеллектуальное образование.

(1928)

146

^ АХИМСА В ОБРАЗОВАНИИ*


* В этот период М.Ганди еженедельно встречался со студентами национального университета в Гуджарате, отвечая на их многочисленные вопросы. Если проблема представляла интерес для более широкой аудитории, Ганди давал ответ в форме статьи в газете. Опубликована в «Янг Индиа» 6 сентября 1928 г. (т. 37, с. 225-227).


Эта проблема не нова. Мы неоднократно в той или иной форме обсуждали ее на страницах этой газеты. Но я вижу, что мне не удалось быть абсолютно понятным. Боюсь, что эта задача мне не по силам. Но меня вполне удовлетворит и хотя бы частичное ее решение.

Первая половина вопроса свидетельствует об очень узком и поверхностном взгляде на сущность явления. Мы неоправданно много думаем над головоломкой, пытаясь определить, можно ли оправдать убийство человеком опасных животных и низших существ, и при этом часто просто забываем о наших главных обязанностях. Далеко не каждый из нас ежедневно сталкивается с этой дилеммой. В большинстве своем мы не обладаем такой отвагой, чтобы осуществлять ахимсу по отношению к опасным рептилиям. Мы не убиваем гадюк просто по злой воле. Но в то же время мы можем часами спорить о допустимости этого действия, ходя по замкнутому кругу этой бесполезной дискуссии. Мы не выполняем наш долг в главном, но считаем духовной заслугой то, что воздерживаемся от убийства хищных животных. Тот, кто действительно хочет осуществлять ахимсу, на время должен забыть все эти разговоры о змеях и прочих тварях. И пусть он не корит себя за то, что когда-то был вынужден убивать их. Пусть он всю силу и энергию употребит на то, чтобы терпеливым и самоотверженным служением победить гнев и злую волю людей. Это и будет первый шаг на пути культивирования всеобщей любви.

Конечно, можете не есть картофель или что-то другое, если хотите. Но, ради Бога, не думайте, что, поступая так, вы осуществляете ахимсу. При одной этой мысли лицо должно краснеть от стыда. Ахимса не сводится к диететике. Что человек ест или пьет, не имеет большого значения. Смысл — в самоотказе, в самоограничении, которое за всем этим стоит. Пожалуйста, если хотите, ограничивайте себя в вопросах диеты. Такое ограничение желательно, даже необходимо, но оно задевает только поверхностную сущность ахимсы. Можно многое позволять себе в плане удовлетворения аппетита и быть тем не менее воплощением ахимсы. Главное, чтобы сердце переполнялось любовью и отзывалось на горе других людей. Можно скрупулезно выбирать продукты и не иметь никакого отношения к ахимсе, оставаясь жалким человеком с каменным сердцем, рабом своего эгоизма и страстей.

147

Иметь ли Индии свою армию или нет, можно или нет оказывать вооруженное сопротивление правительству — все это важные вопросы, и мы в свое время займемся их решением. В концепции деятельности Конгресса они уже частично рассмотрены. Но эти важные проблемы не имеют прямого отношения к человеку на улице, они не затрагивают того аспекта ахимсы, который имеет значение для учителей и студентов, и отстоит достаточно далеко от большой политики.

Ахимса в образовании обязательно должна оказывать влияние на взаимоотношения между студентами. Там, где вся атмосфера наполнена духом ахимсы, обучающиеся вместе юноши и девушки будут жить как братья и сестры, в обстановке одновременно свободы и добровольных самоограничений. Учителей и учащихся будут связывать узы любви, взаимного уважения и доверия. Сама эта атмосфера будет постоянным наглядным уроком ахимсы. Студентов, воспитанных в такой атмосфере, всегда будут отличать милосердие, снисходительность и особый талант к служению. Они бесстрашно будут бороться со злом, силой своей любви сжигая пороки нашего общества. Например, сама мысль о детских браках не вызовет у них ничего, кроме отвращения. Они и не подумают требовать от родителей невесты приданое, понимая, что это будет непосильным бременем семьи. И конечно же, после свадьбы они не будут считать жен своей собственностью или рассматривать их как средство удовлетворения своей похоти. Сможет ли молодой человек, воспитанный в обстановке, где царит ахимса, когда-либо подумать о том, чтобы сражаться со своими братьями или людьми другой веры? По крайней мере никто не сможет даже подумать о том, чтобы назвать себя приверженцем ахимсы и делать что-то подобное.

Подводя итоги, скажу, что — это оружие непревзойденной силы. Это — summum bonum* жизни. Это — достоинство храбрых. Трусу она недоступна. Это — не мертвая догма, а живая и творящая жизнь сила. Это — особое свойство души. Поэтому ее определили как высшую дхарму (закон). В руках педагога она принимает форму чистой любви, становится неиссякающим источником жизненных сил, проявляя себя в каждом движении. В ее присутствии гибнет злая воля. Солнце ахимсы светит ярко, изгоняя призраков тьмы — ненависть, гнев и злобу, в образовании подобна небесному светилу. Ее лучи проникают повсюду, ничего не может затмить ее. Я уверен, что когда Видьяпит наполнится такой атмосферой, студенты перестанут вести беспредметные споры и думать о вещах второстепенных.


* Величайшее благо (лат.).

(1928)

148


^ МОИ ЗАМЕТКИ*

Когда может быть назначено наказание


* Статья опубликована в «Янг Индиа» 15 ноября 1928 г. (т. 37, с. 379—380).


Я считаю, что подвергать учеников какой-либо форме наказания просто недопустимо. На этом пути гибнут чувства уважения и чистой любви учителя к своим питомцам. Хорошо, что все чаще сегодня отказываются от метода обучения через наказание. Я знаю, что бывают случаи, когда даже лучший из учителей не может не наказать. Однако это должно быть исключением и ни в коей мере не должно считаться похвальным. То, что лучший из учителей не может обойтись без побоев, должно, фактически, рассматриваться как недостаток в его искусстве. Даже такой выдающийся человек, как Спенсер, который считал недопустимым любое наказание, не всегда мог на практике осуществить свою теорию. Ответив на этот вопрос, мне не нужно подробно отвечать на остальные.

Обычно наказание несовместимо с ненасилием. Конечно, я могу представить обстоятельства, при которых наказание будет проявлением ненасилия. Но эти случаи не могут иметь отношения к работе учителя. Например, если отец в крайнем огорчении наказывает своего сына, это — случай наказания из любви. И сын тоже не будет рассматривать его как акт насилия. Или, иногда в некоторых случаях санитару приходится дать пощечину обезумевшему пациенту, это тоже должно считаться ненасилием. Но эти примеры совсем не помогают учителям. Им следует разработать методику обучения и поддержания дисциплины, при которой не нужно прибегать к физическим наказаниям. У нас есть учителя, которые никогда не били своих учеников. Кроме телесных, в ходу наказания, направленные на то, чтобы вызвать у учеников чувство стыда, когда их заставляют многократно вставать и садиться, сидеть, обхватив руками пальцы ног, когда их просто оскорбляют и т. д. Я думаю, что учителям следует отказаться от этих методов.

В раскаянии после того, как наказал ученика, нет раскаяния. Более того, учителя, которые верят сами (и заставляют поверить учеников) в то, что наказание помогает исправиться, способствуют укоренению этого мнения в обществе. А это убеждение создает иллюзию возможности проведения реформ путем насилия. Мне кажется, учителя национальных школ, осознанно наказывающие своих учеников, действительно виновны в нарушении своего обета.

(1928)

149

^ НАЧАЛЬНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ — I*


* Статья опубликована в «Навадживан» 13 мая 1928 г. (т. 36, с. 327—329). 


В этой статье я хочу остановиться только на одной проблеме. В результате многих лет раздумий, основываясь на результатах нескольких экспериментов, я пришел к выводу, что начальное образование по крайней мере на протяжении первого года должно осуществляться без каких-либо учебников. И даже позднее учащиеся должны пользоваться ими как можно реже.

В то время как ребенок учит алфавит, пытается освоить написание букв и формы числа, его чувства спят и его способность мыслить не получает должных стимулов к развитию. Дитя начинает учиться, едва появившись на свет. И делает это в основном с помощью своих глаз и ушей. Оно начинает изучать язык, как только начинает говорить.


NB. Действительно, глаза и уши органы, посредством которых мы познаем, причем не только в возрасте детском, а и на протяжении практически всей жизни. Именно поэтому в учебном процессе очень велика роль заданий, которые через зрительные образы несут ребенку понимание терминологии, сути математических законов, принципов решения некоторых типов задач. Использование такого подхода к предмету разъяснений определяет наиболее полное и глубокое погружение ученика в суть предмета, способствует наиболее эффективному и полноценному запоминанию.

Там же, где вышеуказанный подход сопровождает беседа, направленная на закрепление зрительного образа в памяти, процесс обучения на несколько порядков превосходит изучение темы по учебнику.

А чтобы распознавание букв, написание цифр и решение примеров не легло на плечи ребенка бременем, учебный процесс должен строиться таким образом, чтобы его самыми активными участниками были учитель и ученик — и никакого учебника между ними.


Ребенок таков, каковы его родители. Если последние культурны, ребенок произносит слова правильно и в своем поведении следует достойным образцам, с которыми познакомился в семье. В этом одном по сути и состоит его настоящее образование. И если бы развитие нашей цивилизации не было так извращено, дети бы получали самое лучшее образование непосредственно у себя дома.

Но пока об этом можно только мечтать. Мы вынуждены посылать детей в школы.

Но если все же дети должны ходить в школу, то пусть последняя станет для них домом, а учителя будут как родители. И обучение должно происходить так же, как и в хорошей семье. Другими словами, дети должны получать свое начальное образование от учителей в устной форме. Обучаясь так, ребенок за год с

150

помощью своих глаз и ушей сможет усвоить знаний в десять раз больше, чем после изучения алфавита.

Ребенок, играя, слушая рассказы учителя, за первый год получил бы общее представление об истории и географии. Он бы на память выучил несколько стихотворений, научившись правильно произносить слова. Запомнил бы таблицу умножения. И при этом его ум, освобожденный от обременительной обязанности распознавать буквы, шел бы дальше в своем развитии, и глаза бы не искали недостойных зрелищ.

Его рука вместо того, чтобы выводить уродливые буквы на доске, когда он пытается понять эти трудные символы, рисовала бы геометрические фигуры и картины. В этом — начальное образование для рук ребенка.

И если мы хотим дать начальное образование десяткам миллионов детей в Гуджарате и по всей Индии, мы сможем это сделать, только применив этот метод.

В нынешних условиях мы не можем обеспечить книгами всех детей страны. Я согласен, что если бы в этом была действительная необходимость, мы должны бы были сделать все возможное, не считаясь с расходами. Но если исходить из того, что вполне можно обойтись без книг на начальном этапе обучения, и учитывать тот факт, что большинство учебников могут быть признаны ненужными и бесполезными, то можно подумать и об экономии. То, что не нужно или вредно с этической точки зрения, обычно также невыгодно и экономически. В совершенной цивилизации этика и экономика не противоречат и не должны противоречить друг другу.

Понятно, что такое образование не могут дать учителя современных начальных школ. Эти учителя умеют бить детей, могут заставить их выучить алфавит и, возможно, что-то из таблицы умножения. Бедный учитель! Он сам не знает того, чем должен, по моему замыслу, овладеть ребенок за первый год обучения. Если учителя не знают, как нужно правильно говорить, как этому научатся у них дети?

(1928)


^ РЕЛИГИОЗНОЕ ОБРАЗОВАНИЕ *


* Статья была опубликована в «Янг Индиа» 6 декабря 1928 г. (т. 37, с. 254—255).


Для меня смысл религии — в правде и ненасилии, даже больше в одной правде, так как она включает ненасилие, которое является необходимым и единственным средством поиска истины. Вот почему все, что способствует осуществлению этих добродетелей на практике, помогает и решению за-

151

дач религиозного образования. Лучше других учит тот учитель, кто в своей жизни сам строго соблюдает эти добродетели. Я в этом уверен. Тогда только одно его присутствие среди учеников на спортивной площадке или в классной комнате уже является школой освоения этих фундаментальных добродетелей.

Несколько слов об изучении универсальных основ религии. Учебная программа должна включать изучение догматов не только своей веры. У студентов нужно воспитать привычку с пониманием и уважением относиться к доктринам других великих религий мира, демонстрируя почтительность и терпимость. При этом условии они духовно укрепятся и смогут по достоинству оценить преимущества своей веры. Есть только одно правило, о котором нельзя забывать. Читайте только труды известных приверженцев той или иной веры. Например, если вы хотите изучить «Бхагаватгиту», берите перевод, выполненный не злобным критиком, а влюбленным почитателем этого великого произведения. То же касается и Библии. Читайте комментарии убежденных сторонников христианства. При таком подходе вы сможете почувствовать глубинное единство всех религий и хотя бы на мгновение увидеть лик универсальной и абсолютной истины, что скрыта под «пылью теорий и вероучений».

И не бойтесь, что изучение других религий может ослабить или поколебать вашу веру. Философия индуизма предполагает наличие элементов истины во всех религиях и предписывает относиться к ним с почтением и уважением. Конечно же, это предполагает и уважение к собственной вере. Изучение других религий не означает ослабление этого уважения, просто оно начинает распространяться и на верования людей.

В этом смысле с религией дело обстоит так же, как и с культурой. Сохранение собственной культуры не означает презрение к культуре других народов. Оно, наоборот, требует впитывать все то лучшее, что есть в других культурах. Так и с религией. Наши страхи и опасения — результат отравленной атмосферы, в которой мы живем, атмосферы взаимной ненависти, злой воли и недоверия. Нас постоянно преследует страх, что кто-то незаметно хочет подорвать нашу веру в Бога. Мы опасаемся за себя и за своих близких. Но этому противоестественному состоянию придет конец, когда мы научимся с уважением и терпимостью относиться к другим религиям и их приверженцам.

(1928)

152

^ ИДЕАЛЬНАЯ НАЧАЛЬНАЯ ШКОЛА ДЛЯ ДЕТЕЙ*


* Статья опубликована в «Навадживан» 2 июня 1929 г. (т. 41, с. 5—9).


Похоже, что вопрос о детском образовании, в котором все должно быть ясно, стал сложнее и запутаннее. Опыт учит нас, что, хотим мы этого или нет, дети все равно получают какое-то образование, плохое или хорошее. Многим читателям это предложение может показаться странным, но если мы подумаем над тем, кого мы можем назвать ребенком, что значит образование и кто может учить детей, возможно, мы не найдем ничего нового в нем. Ребенком мы считаем мальчика или девочку, которым нет еще десяти, или любого, чье поведение соответствует этому возрасту.

Знать алфавит не значит быть образованным. Знания такого рода — только средство образования. Образование предполагает, что ребенок учится с наибольшей пользой применять свой ум и чувства. Другими словами, он по существу учится использовать свои руки, ноги и другие органы действия, а также свой нос, ухо и другие органы чувств. Ребенок, который знает, что не должен использовать свои руки для того, чтобы воровать, убивать мух*, бить своих товарищей или младших братьев и сестер, уже начал свое образование. То же мы можем сказать, если он понимает необходимость содержать в чистоте тело, зубы, язык, уши, голову, ногти и т. д. и делает это. Тот ребенок достиг успехов в образовании, который не шалит за столом во время еды, ест и пьет как положено, в одиночестве или на виду, сидит как надо, выбирает чистую пищу, умея отличить чистые продукты от нечистых, не ест как обжора, не требует капризно все, что ни увидит, и не закатывает истерик, если ему отказано в чем-то желанном. Ближе к заветным целям в образовании стал и тот ребенок, который правильно произносит слова, может просто и ясно рассказать об истории и географии своей страны, понимает, чем его страна отличается от других. Очень больших успехов в образовании достиг тот ребенок, который может отличить правду от неправды, достойное от недостойного и выбирает доброе и истинное, отвергая злое и ложное. Но сейчас не время останавливаться на этом более подробно. Читатель и сам может назвать остальные качества. Только одно должно быть ясно. Для всего этого нет нужды учить алфавит или любой вид письма.


* С точки зрения ненасилия такие действия заслуживают осуждения.


Учить маленьких детей писать — значит обременять их ум и другие органы, использовать их глаза и руки не по назначению. Ребенок, получивший подлинное образование, в свое время легко и с интересом усвоит алфавит. Сегодня знание становится непосильным бременем для детей, наиболее благоприятное для

153

развития время пропадает зря, а в итоге, вместо того, чтобы красиво писать и правильно читать, они выводят каракули, читают не то, что следует, и даже то, что читают, читают неправильно. Будет кощунством назвать это образованием. Ребенок должен получить начальное образование до изучения алфавита. Если будет так, мы в этой бедной стране не будем тратить так много денег на огромное количество хрестоматий и букварей и избежим многих глупостей. Если и нужен букварь, то только для педагога, а не для детей, получивших то образование, о котором я говорил. Для нас бы это было яснее ясного, если бы мы избавились от плена господствующих заблуждений.

Образование, контуры которого я наметил, ребенок может получить даже дома от своей матери. Учится же он у нее простым и нужным в жизни вещам. Если в наших семьях нет согласия и единства, если родители забыли о своих обязанностях, нужно попытаться, насколько это возможно, обучать детей в условиях, напоминающих семью. Но только матери это по силам, и поэтому обучать маленьких детей должны одни лишь женщины. Мужчины в своем большинстве не способны относиться к детям с такой любовью и терпением, как женщины. Если это верно, то как только мы начнем говорить о начальном обучении, перед нами неизбежно встанет вопрос об образовании женщин. И пока у нас не будет матерей, способных учить детей, дети не получат образования, даже посещая сотни школ. Я в этом твердо убежден.

Теперь я сделаю набросок начального образования. Предположим, что пятерых детей отдали на воспитание женщине, которая будет к ним относиться как родная мать. Эти дети не умеют толком ни говорить, ни ходить. У них насморк, они утирают нос руками, а руки вытирают об одежду. Немытые лица, сера в ушах, грязь под ногтями. Даже когда их просят потихоньку присесть, они плюхаются на сиденье, разбросав ноги в разные стороны. Разговаривая, они брызжут слюной, говорят «шо» вместо «что», употребляют первое лицо множественного числа вместо первого лица единственного числа. Они не знают, где восток, запад, север или юг. Их одежда в пятнах, видны те части тела, которые нельзя демонстрировать всем, они даже забавляются с ними, и делают это еще с большим интересом, если предупреждены о недопустимости поступать таким образом. Если у них есть карманы, то они полны всяких грязных сладостей, которые они то и дело едят, роняя часть из них на пол, и с каждым разом их руки становятся еще более липкими. Их кепки засалены по краям и пахнут дурно.

Эта женщина сможет учить их только при условии, что в ней проснутся материнские чувства. Конечно же, первый урок будет заключаться в том, чтобы привести их в надлежащий вид. Она с любовью вымоет их, несколько дней будет «дурачиться» с ними и многими способами, так, как это всегда делали матери, постепенно

154

заманит их в сети своей любви и приучит их плясать под свою дудку. Подобно корове, которая носится туда-сюда в поисках своего теленка, она будет суетиться вокруг этих пятерых детей, пока не добьется своего. Она не будет знать отдыха до тех пор, пока чистыми не станут их зубы, уши, руки и ноги, пока не будет сменена их вонючая одежда и «шо» не превратится в «что».

Овладев ими до такой степени, мать впервые расскажет им о Раманаме. Кто-то будет называть Его Рама, кто-то Рахман, но это не имеет значения. На смену религии обязательно придет экономика. И так мать начнет учить их арифметике. Она будет учить детей таблице умножения, сложению и вычитанию в устной форме. Детям нужно знать о том месте, где они живут; следовательно, она укажет им на находящиеся рядом реки, каналы, холмы и строения и, делая это, ознакомит их с идеей направления. И для того, чтобы лучше учить их, она будет учиться сама. В таком обучении история и география никогда не будут разными предметами, сведения из обоих будут сообщаться в виде рассказов. Но мать не может удовлетвориться только этим. С детства дети будут слышать звучание санскрита, учить наизусть стихи, восхваляющие Бога, упражняться в правильном произношении.

Патриотически настроенная мать обязательно даст им знание хинди. Для этого она будет говорить с ними на хинди, читать им из книг на хинди, поощрять их пользоваться обоими языками. На этом этапе она не будет учить их писать, но обязательно даст каждому кисть. Она будет побуждать их рисовать геометрические фигуры, прямые линии, круги и т. п. Мать никогда не согласится с тем, что детей, которые не умеют нарисовать цветок, кувшин или треугольник, можно считать получившими образование. Она не будет лишать детей музыки. Она не допустит, чтобы дети не научились хором и красиво петь народные песни, религиозные гимны и др. Она научит их петь ритмически правильно. Если она хороший педагог, она даст им однострунный инструмент и музыкальные тарелки, научит мальчиков и девочек танцу с тросточками. Чтобы развить их тела, она будет побуждать их делать физические упражнения, бегать и прыгать. А для того, чтобы утвердить в них дух служения и обучить их ремеслу, она будет учить их срывать и раскрывать коробочки хлопка, очищать и прочесывать его, а также прясть, и дети, играючи, будут каждый день по полчаса прясть.

Большинство из печатающихся сегодня книг не подходят для учебного плана этой школы. Материнская любовь заменит учебники, в каждой деревне будут свои пособия по истории и географии, будут составлены и новые задачи по арифметике. Самоотверженная мать будет каждый день готовиться к занятиям, записывая в свою тетрадь составленные для детей рассказы и задачи.

Нет необходимости делать обучение длительным. Исходя из того, что дети воспитывались в разных условиях, трех месяцев будет достаточно. По этой же причине у нас не будет и раз и на-

155

всегда определенного учебного плана. Время от времени, когда дети будут приходить к нам, мы будем вносить в него изменения. Иногда дети приходят, уже научившись плохому. Им нужно помочь разучиться. Если шести-семилетний ребенок плохо пишет или привык читать с ошибками, мы должны помочь ему забыть об этом. До тех пор пока, заблуждаясь, он будет думать, что только чтение откроет ему доступ к знанию, он не сможет сдвинуться с места. Нетрудно понять, что образованным может стать даже тот, кто не смог и за всю жизнь овладеть алфавитом.

В этой статье я ни разу не употребил слово «учитель». Учитель — это мать. Женщина, которая не будет матерью для детей, никогда не сможет стать учителем. Ребенок не должен замечать, что его учат. Ребенок, за которым повсюду следуют глаза его матери, получает образование все двадцать четыре часа в сутки. Просидевший же шесть часов в школе может и вовсе не узнать ничего нового. Возможно, что в этой перевернутой вверх дном жизни мы не сможем найти женщин-учителей. Может статься, что в нынешних условиях начальное обучение осуществимо только с помощью мужчин-учителей. Тогда мужчинам-учителям придется добиваться благородного статуса матери, а матерям в это время готовить себя к учительскому труду. Но, если моя концепция верна, любая мать, если в ее сердце есть любовь, при незначительной помощи сможет справиться с трудностями. Готовясь учить, она также будет готовить и детей в школе.

(1929)




Похожие:

* Выступление на ежегодном собрании членов Национальной музыкальной ассоциации в Ахмадабаде опубликовано в «Янг Индиа» 15 апреля 1926 г. (т. 30, с. 159-160) iconДолг тех, кто учится под таким названием в «Янг Индиа»
Под таким названием в «Янг Индиа» 29 января 1925 г опубликовано выступление М. Ганди перед студентами Колледжа Самалдас в Бхавнагаре...
* Выступление на ежегодном собрании членов Национальной музыкальной ассоциации в Ахмадабаде опубликовано в «Янг Индиа» 15 апреля 1926 г. (т. 30, с. 159-160) iconОтчет об открытом собрании Ассоциации яхт класса «Л-6» 28 ноября 2009 г
Центрального военно-морского музея по адресу Санкт-Петербург, В. О., Биржевая пл., 4 состоялось открытое собрание Ассоциации яхт...
* Выступление на ежегодном собрании членов Национальной музыкальной ассоциации в Ахмадабаде опубликовано в «Янг Индиа» 15 апреля 1926 г. (т. 30, с. 159-160) iconДокументы
1. /Хлестов О.Н Международно-правовые аспекты борьбы с терроризмом (доклад на 45-ом ежегодном...
* Выступление на ежегодном собрании членов Национальной музыкальной ассоциации в Ахмадабаде опубликовано в «Янг Индиа» 15 апреля 1926 г. (т. 30, с. 159-160) iconОбращение к ученикам*
Утром перед тем как прекратить пост М. Ганди попросил собрать мальчиков у его постели и тихим от слабости голосом рассказал им о...
* Выступление на ежегодном собрании членов Национальной музыкальной ассоциации в Ахмадабаде опубликовано в «Янг Индиа» 15 апреля 1926 г. (т. 30, с. 159-160) iconДанное интервью опубликовано на сайте Ассоциации «Международный консорциум развития критического мышления через чтение и письмо» 14 апреля 2008 года

* Выступление на ежегодном собрании членов Национальной музыкальной ассоциации в Ахмадабаде опубликовано в «Янг Индиа» 15 апреля 1926 г. (т. 30, с. 159-160) iconРодительский долг*
Ответ на письмо, в котором отец семейства сообщает, что затраты на образование трех сыновей практически его разорили, а нужно выучить...
* Выступление на ежегодном собрании членов Национальной музыкальной ассоциации в Ахмадабаде опубликовано в «Янг Индиа» 15 апреля 1926 г. (т. 30, с. 159-160) iconДокументы
1. /kl_3/ВЫСТУПЛЕНИЕ ПСИХОЛОГА НА РОДИТЕЛЬСКОМ СОБРАНИИ ПО ТЕМ2.doc
2. /kl_3/ВЫСТУПЛЕНИЕ...

* Выступление на ежегодном собрании членов Национальной музыкальной ассоциации в Ахмадабаде опубликовано в «Янг Индиа» 15 апреля 1926 г. (т. 30, с. 159-160) iconДокументы
1. /Выступление на родительском собрании у порога школы..doc
* Выступление на ежегодном собрании членов Национальной музыкальной ассоциации в Ахмадабаде опубликовано в «Янг Индиа» 15 апреля 1926 г. (т. 30, с. 159-160) iconМатериалы сборника
Речь Ролана о контрреволюционной роли духовенства в Законодательном собрании 16 апреля 1992 г
* Выступление на ежегодном собрании членов Национальной музыкальной ассоциации в Ахмадабаде опубликовано в «Янг Индиа» 15 апреля 1926 г. (т. 30, с. 159-160) iconВыступление Президента Республики Куба Главнокомандующего Фиделя Кастро Руса на митинге в честь Международного дня трудящихся, состоявшемся на Площади Революции 1 мая 2006 года – «Года энергетической революции на Кубе»
...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы

Разработка сайта — Веб студия Адаманов