Любовь Отраднева icon

Любовь Отраднева



НазваниеЛюбовь Отраднева
Дата конвертации25.05.2012
Размер98.4 Kb.
ТипДокументы
1. /Прыжок с кровати на горшок.docЛюбовь Отраднева

Любовь Отраднева

Прыжок… с кровати на горшок


Посвящается Kaori,

которая, кажется, одна в числе хороших знакомых видела «Симун»

и делает чудесные аватарки

Попробовала я представить: а что, если после своего чудесного прыжка «в другой мир» Лимоне и Доминура окажутся не в прошлом своей реальности, а в обычном, «нашем» мире? И познакомятся с безобразницей Рин Коконоэ, её подружками и прочими заинтересованными лицами?

* * *

Дайске Аоки решил навестить дома свою новую ученицу – уж слишком странной она была. И звали её дико – Лимоне, хотя если она и была лимоном, то недозрелым, потому что когда-то успела покрасить волосы в зелёный цвет. А может, и не покрасить – в школе девочку называли инопланетянкой. Она сама говорила: «У нас нет фамилий, я пришла из мира, где это не принято. Мы совершили прыжок – и попали в этот мир». А ещё говорили, что Лимоне и её старшая родственница – или кто она ей там? – зарабатывают на жизнь тем, что катают детей на очень странном летательном аппарате…

Жили эти странные люди по соседству с уже стоившей Аоки стольких нервов семьёй Коконоэ – у кого-то из соседей и почти из милости. И все кошмарные сплетни про них были пересказаны учителю его так называемой невестой маленьким безобразием по имени Рин. Ну вот, вздыхал про себя Аоки, придётся и этим нанести визит…

Не пришлось. Рин и её подружки – Куро и Мими – стояли в первых рядах толпы, окружавшей тот самый летательный аппарат. Два золотисто-коричневых колеса, одно на земле, другое над ним, параллельно, и много непонятных поблёскивающих металлических деталей. Лимоне стояла на аппарате и что-то вещала, вернее, объясняла своим негромким, но уверенным голоском. Она была бы лучшей ученицей Аоки-сэнсея наравне с застенчивой Мими Усой, если бы получше разбиралась в элементарных реалиях. А так – как будто правда свалилась с луны. Зато перемножала в уме большие числа, собирала сложные модели, которые, кажется, выдумывала сама – а главное, странная девочка обладала потрясающей обучаемостью! Так что скоро должна была всё наверстать.
Ну как можно было не принять такое чудо в класс после первого же урока, на который Коконоэ притащила Лимоне «просто посидеть»…

…Девчонки уже махали сэнсею, Аоки пробился к ним через толпу и расслышал слова «инопланетянки»:

– Ребята, поймите, Доминура-сама очень больна, я не смогу без неё поднять Симун в воздух! И нет-нет-нет, не предлагайте, чтобы кто-нибудь другой был моей парой!

– А если… – Куро Кагами подняла руку и возбуждённо подпрыгнула, чтобы её, дюймовочку эдакую, уж точно заметили, – а если ты полетишь инструктором, а парой будем мы с Рин-тян?

– Неужели вы справитесь? – Лимоне нахмурилась и, как ребёнок, приложила пальчик к губам. Даже, кажется, ноготь прикусила.

– Ты же высоты боишься! – подколола Рин подружку.

– Только не с Рин-тян! Лимоне-тян, ведь правда, чтобы взлететь – достаточно, чтобы у обоих пилотов были добрые чувства друг к другу? А дальше ты нам подскажешь…

– Ну давайте рискнём… – прошелестела Лимоне. – Когда-то же надо…

Куро засеменила к странной машине, Рин за ней.

– Вы что, с ума сошли? – крикнул им вслед Аоки, но его проигнорировали. Вернее, Кагами привычно ощерилась, словно укусить учителя хотела, и хорошо хоть удержалась от замечаний типа «молчал бы уж, девственник несчастный!» А Рин просто послала Аоки воздушный поцелуй.

– Я за них боюсь! – пискнула Мими, в ужасе глядя на сэнсея.

– Успокойся, Уса, я тоже.

Аоки не отрываясь смотрел, как его ученицы залезли в две прозрачные кабинки – Лимоне позади Рин в заднюю, Куро в переднюю. А потом Кагами и Коконоэ потянулись друг к другу – и губы их соприкоснулись. Куро покраснела как помидор и отпрянула, а Рин только улыбнулась. Обе прикоснулись губами к странной прозрачной сфере в середине аппарата – и она засветилась зелёными огоньками.

Аппарат вздрогнул и оторвался от земли. Колёса-круги развернулись перпендикулярно земле, друг над другом. Кабина осталась между ними. Рин, следуя указаниям Лимоне, нажимала какие-то кнопки, передвигала рычаги и довольно уверенно управляла машиной. Куро сидела, вжавшись в кресло и вцепившись в его ручки.

Аоки зажмурился, чтобы не видеть, как они грохнутся. Щёки у него горели, и даже больше, чем полётом, он был шокирован поцелуем. Так нельзя! А особенно нельзя с его Рин, ч-чёрт!..

Восторженные крики возвестили о благополучном приземлении. Рин подбежала к учителю и схватила его за руки:

– Ну, как мы?.. Сэнсей! – она принялась тормошить безучастного Аоки. – Вы что, на поцелуй обиделись? Ну так это же ничего не значит! Это двигатель так запускается…

– Не смей… не смейте больше летать на этом развратном ужасе, – сказал учитель тихим и страшным голосом.

* * *

А полчаса спустя, склонившись над ложем страданий, он восхищённо думал: «Ах, какая женщина! Столь же великолепная, сколь и недоступная!» Даже осунувшаяся и побледневшая, Доминура впечатляла. Блестящие тёмные волосы, роскошная фигура, обрисовывавшаяся под тонким покрывалом – а главное, глубокий, нездешний взгляд и тихий голос, который в прошлом, видимо, был властным. Она знала такое, до чего разумению Аоки было просто не дотянуться, хотя он героически пытался. Она рассказывала о мире, где только в девятнадцать лет выбирают себе пол – кажется, именно от этого выбора они с Лимоне и удрали, потому что только несовершеннолетние могут поднять в воздух машину Бога… И только они могут вырисовать в небе особую фигуру и отправиться в путь по мирам…

– Когда я поняла, что наши Симуны – это в прошлом такие же жрицы, как мы, я едва не сошла с ума. А потом мне захотелось найти все ключи к тайнам, попасть в прошлое – и сделать это вместе с Лимоне. Она для меня всё – ребёнок, сестра, ученица… и больше. Если я выживу и увижу, как она расцветёт – мы вернёмся на свою орбиту. Должно получиться, должно…

Аоки вежливо кивал, почти потеряв нить, только шокируясь и слушая грудной голос Доминуры, и думал о том, что она уже свихнулась. Но что отобрать у неё Лимоне можно только если у той будут варианты… А ещё – что хорошо, что здесь с этой женщиной сидит он, Дайске Аоки, а не молодой опекун Рин – Рэйдзи. Тот бы мог и влюбиться, и снова потерять, как уже потерял мать Рин… К счастью, после памятного объяснения с двоюродной племянницей парень перестал лезть в её дела и зачастил сперва в храм, потом в больницу – почему-то не в ту, где лечилась Коконоэ-старшая, а в детскую. Рин об этом знала и полушутя-полусерьёзно желала Рэйдзи счастья в будущем…

…А прямо сейчас она шепталась с Лимоне:

– Ты её так ужасно любишь?

– Конечно. Если она умрёт – я тоже умру…

– Ты об этом не думай, а то страшно даже и мне. У меня мама умерла, когда я была маленькой… Я знаю, как оно.

Обе помолчали, потом Лимоне тихонько вздохнула:

– А я вообще была одна на свете, пока она не взяла меня под покровительство. Она научила меня верить в себя… принимать решения самой… И она стала первой, кого мне захотелось поцеловать просто так. Не по работе.

– Меня мой сэнсей тоже многому научил, с ним я снова начала верить взрослым. А скажи… она же не против, чтобы ты её целовала? Она не пыталась тащить тебя в постель?

– Рин!..

– Ну интересно же!

– Да нет, не пыталась, она любит говорить, что когда я вырасту побольше – то у нас будет всё… А мне и не надо. Мне хватит того, что мы вместе прилетели сюда. Потому что Изумрудный Ри-Мааджон можно делать только с тем, кого очень-очень любишь. Это высшее проявление любви, это надо испытать… После этого уже ничто не имеет значения.

– Дико звучит, мне не понять. Другое дело, что мы правда ещё мелкие и страшно… Я вон вешалась на сэнсея, пока отпихивать не перестал, а ведь если бы он посмел хоть что-то – убежала бы куда глаза глядят, ещё бы и вмазала перед этим как следует! А теперь он меня уже не бросит… и хорошо бы, чтобы мне за все эти годы не расхотелось за него замуж.

– Если он для тебя всё, если ты за него готова умереть – не расхочется…

– Мне сдаётся, я так не умею, я как-то вообще умирать не хочу! А вот Куро-тян точно умерла бы. От зависти к тебе и Доминуре. И, кстати, мне сдаётся, что она снова нацепила кошачьи ушки и где-то за стенкой нас подслушивает…

* * *

Прошло около полугода, заканчивалась весна. Полёты на Симуне потихоньку продолжались, несмотря на запреты Аоки-сэнсея. Рин нравилось летать – а Куро нравилось летать с Рин.

Состояние Доминуры оставалось неизменным – надежда на улучшение вряд ли была, хорошо хоть не хуже. Но в один прекрасный день старшая жрица сначала отстранила сидевшую у её постели Лимоне, потом поднялась и крепко обняла её.

– Ты же хочешь ещё раз слетать со мной?

– Конечно… но разве тебе это не повредит?

– Я думаю, наоборот. И согласись, Лимоне, что этот мир не для нас!

…Улететь незаметно не получилось – да и что бы ни думала по этому поводу Доминура, Лимоне считала, что некрасиво так. Обе пришелицы вышли из дома примерно в то время, когда обычно начинались полёты. Старшая скользила равнодушным взглядом по толпе, младшая просто сказала:

– Простите, мы хотим вернуться в свой мир. Спасибо вам за всё, – и, поддерживая Доминуру, повела её к машине.

Куро Кагами засмотрелась на их поцелуй – даже рот разинула и губки облизала. А потом, когда засветилась сфера, девчонка впрыгнула в Симун.

– Куро-тян, куда ты? – Рин подбежала к машине, схватила подружку за руку. Куро оказалась сильнее, да и Симун уже взлетел. С двумя непрошеными пассажирками.

– Доминура! – пискнула Лимоне. – Может, полетаем и сядем на землю?

– У нас не будет второго шанса. Давай, Лимоне, бог с ними!

– Давай, Лимоне! – крикнула Куро, а Рин, почувствовав азарт и предвкушая приключение, весело замахала рукой.

И пилот-вундеркинд, малышка с зелёными волосами подчинилась. Они с Доминурой бросили машину в сложнейшую и мистическую фигуру высшего пилотажа. И когда открылся проход между мирами – у обеих были совершенно экстатические лица, будто большего блаженства они в жизни своей не испытывали.

Рин и Куро пришлось хуже – они ощущали серьёзные перегрузки и были близки к потере сознания.

В себя девочки пришли далеко не сразу после того, как Симун приземлился. Лимоне сообщила:

– Кажется, мы попали в прошлое нашего мира.

– Как интересно! – оживилась Куро. – А источник тут далеко? Ну, в котором пол выбирают?

– Да зачем тебе? – удивилась Рин. – Мы же другая раса. Да и сначала стоило бы всё здесь осмотреть.

– К источнику мы точно не пойдём, – бросила Доминура, казалось, воспрявшая после прыжка. – Лимоне ещё маленькая. А я и вовсе не хочу, я хочу летать…

Лимоне всё-таки считала, что нельзя оставлять без присмотра школьных приятельниц, которые, к тому же, попали в совсем незнакомый мир. Поэтому хотя бы объясняла, где здесь что и как тут жить…

* * *

Кому как, а Рин первобытная жизнь нравилась. К тому же нравилось не учить уроки и заводить новые знакомства. И только иногда она резко вспоминала, что там, далеко Рэйдзи сходит с ума и её любимый сэнсей, наверно, тоже. А вот Куро бесило всё – отсутствие комфорта, невозможность щеголять в бесконечно меняющихся нарядах, недостаток внимания со стороны Рин.

– Не ной, Куро-тян, – говорила та, – это же была твоя идея – прыгнуть в Симун и затащить сюда меня! Знала же, что я тебя не брошу!

– Так не жить же я тащила! А окунуться в источник!

– А что тебе это даст? Ну ладно, давай попробуем, тоже ведь любопытно…

Дорогу им показала слегка удивлённая Лимоне. Жрица источника тоже была в шоке – мол, зачем таким молоденьким девочкам уже делать такой выбор?

– А просто интересно, – бросила Коконоэ, – интересно, что волшебные силы выберут за меня.

Кагами промолчала, глядя на свои маленькие босые ножки.

Жрица покачала головой – мол, как хотите. Девочки разделись – Рин быстро и не задумываясь, Куро же повернулась спиной и только украдкой поглядывала на подругу.

В воде они полоскались долго и никаких мистических изменений не ощущали. Наконец Рин окликнула подружку:

– Пошли, Куро-тян, у тебя уже зуб на зуб не попадает!

Куро вышла на берег, выжала волосы. Спросила страшным шёпотом:

– Ну как? Ну что? Я-то какой была, такой и осталась, и это было моим сознательным решением. А ты?

– А вот фиг тебе, Куро-тян! Не стала я мальчиком!

– Ты нарочно, да?

– Ты знаешь, всё-таки нечаянно. Либо я была права и на нас оно не действует, кем родился – тем живи.

– Может, постепенно подействует?

– Да нет, судя по тому, что мне рассказывали, я бы сразу почувствовала. И вообще я хочу домой!

– Рин-тян, но ведь мы пока плохо летаем, а такой прыжок можно сделать только если очень любишь друг друга! Иначе опасно, и даже не у всех парочек получается, помнишь, Лимоне рассказывала, как у них в команде одна девчонка вот так потеряла возлюбленную?

– Да помню, а как иначе-то? Не Лимоне же с Доминурой просить нас отвезти!

– Их тебе жалко… И машину, конечно, брать не ихнюю, а из здешних, пробных… Ну ладно, Рин-тян, я так люблю тебя, что готова ради тебя исчезнуть! И пусть тебе всю жизнь будет стыдно!..

* * *

Они ни с кем не прощались – боялись, что никто им такой авантюры не разрешит. А когда всё-таки совершили…

– Родной город… – пробормотала Рин. – Дуракам везёт! – и глянула вперёд. На место стрелка. – Куро! Куро-тян!!!

Послышалась какая-то возня, высунулись сначала помятые кошачьи ушки, потом сердитая физиономия Кагами:

– Не дождёшься! Желаю хоть раз тебе испытать такое, что было со мной во время полёта!

– Сейчас и испытаю! – Рин уже махала рукой подбежавшему сэнсею. – А тебе желаю на этом успокоиться!

Задумано: ноябрь 2009

Записано: январь 2010






Похожие:

Любовь Отраднева iconЛюбовь освещает
Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не...
Любовь Отраднева iconСемья — дом любви
Семья — это дом любви, место ее пребывания. Вне семьи любовь ущербна, неполна. В семье любовь реализуется во всех своих ипостасях:...
Любовь Отраднева iconКуба – любовь моя куба — любовь моя! Остров зари багровой, Песня летит, над планетой звеня: «Куба — любовь моя!»

Любовь Отраднева iconЛюбовь Вам не трали-вали, Любовь для того, чтоб её отдавали

Любовь Отраднева iconЗаметки о патриотизме академика Д. С. Лихачева
Постепенно расширяясь, эта любовь к родному переходит в любовь к своей стране – к ее истории, ее прошлому и настоящему, а затем ко...
Любовь Отраднева iconАлис’ины Приключения в Чудо стране Глава IX = Фальшивого Черепах’и Рассказ
О, ’тоесть любовь, ’тоесть любовь, что заставляет = мир вертеться / [идти кругом]!’”
Любовь Отраднева iconСергеймогилевце в кукл а
Но любовь пластмассовой куклы жестока, и не похожа на любовь женщины. Лишь с огромным трудом, стоя на пороге гибели, удается писателю...
Любовь Отраднева iconНезависимый религиозно-общественный журнал ясная поляна выпуск 12 рига, 1991
Бог есть любовь и потому воля в человеке, когда она сходится с волей Бога, есть тоже любовь, и желает блага не одному себе, но всему,...
Любовь Отраднева iconЖитие и наставления Старца Силуана
После он уже никогда не мог забыть невыразимо кроткий, беспредельно любящий, радостный, непостижимого мира исполненный взгляд Христа,...
Любовь Отраднева iconВеликие математики Софья Васильевна Ковалевская
Я получила в наследство страсть к науке от предка, венгерского короля Матвея Корвина; любовь к математике, музыке, поэзии от деда...
Любовь Отраднева iconЭто моя жизнь! by Настюшка
...
Разместите кнопку на своём сайте:
Документы


База данных защищена авторским правом ©podelise.ru 2000-2014
При копировании материала обязательно указание активной ссылки открытой для индексации.
обратиться к администрации
Документы